Не то чтобы она собиралась пускать его в ход, но и отдавать тоже намерения не было.
— Парсон, это Венди, она немного поживет с нами, — быстро представила их Ада и подтолкнула гостью в сторону молодой девицы в темной одежде и белоснежном кружевном переднике. Та присела, согнув ноги непонятной загогулиной.
— Я Малви, буду вашей временной горничной, мисс, — улыбнулась она.
— Цени, от сердца отрываю! — бросила Ада, удаляясь в сторону широкой мраморной лестницы. — Малви — настоящая кудесница, даже из меня человека сделала.
— Вы меня перехваливаете, миссис Ладинье! — воскликнула ей вслед горничная, но улыбка ее стала еще шире, а ушки заалели. Все еще сияя, она повернулась к гостье, и счастье ее подувяло. — Надеюсь, я справлюсь. Пойдёмте, мисс, нужно вас подготовить к ужину, а дел у нас…
Под пристальным взглядом Малви девушка немного стушевалась. Как-то сразу остро ощутилась и налипшая за поездку пыль, и два дня не поменянная одежда, и тряпка на голове, скрывавшая воронье гнездо. Полсотни косичек-то она расплела еще во время ночевки в сарае, а вот соорудить из распущенных волос нечто приличное заново у нее не вышло.
И дело было даже не в отсутствии зеркала — Венди банально не умела делать прически. Традиционные косички ей раз в неделю переплетала мама… а больше ничто ее волосы удержать не могло.
Предчувствуя неладное, девушка с неохотой поплелась вслед за указывающей дорогу горничной.
Желудок Венделин уже полчаса выводил заунывные рулады, всячески напоминая окружающим, что ему давненько обещали ужин.
Одной ванной дело, разумеется, не ограничилось. Малви, не слушая вялых протестов, увязалась вслед за Венди, чтобы помочь ей помыться, и долго причитала над жесткими, торчащими во все стороны волосами.
— Землю вы, что ли, головой копали, мисс! — возмущалась горничная, промазывая пряди чем-то вкусно пахнущим, отчего живот не позавтракавшей толком девушки подводило все сильнее. К несчастью, неприличные звуки вода, в которой она отмокала, не только не заглушала, но и приумножала. Малви же тактично делала вид, что ничего не замечает.
— У вас тут просто комья! Это же надо, так себя запустить!"
"Венди только пожимала плечами. Ответить ей, в самом деле, было нечего. Мама, ее сестра и кузина за собой ухаживали куда тщательнее. Уж им-то горничная точно бы не высказывала как маленькой. А вот ей самой вечно было некогда даже расчесаться, не то что намазать все эти смеси из неаппетитных ингредиентов подозрительного цвета, которыми увлекались женщины ее семьи.
