Она проходит на кухню, я за ней,
— Вот, корми парня своего, ему восстанавливаться надо! — и выкладывает на стол, полтора десятка яиц, — это мои курочки нанесли, свои домашние, здоровенный кусок солёного сала, да такой красивый, с мясными прослойками, запорошённый перчиком, с проглядывающими зубчиками чеснока, трёхлитровку маринованных огурцов и литровую банку мёда, — всё своё натуральное, Тамаркиному магазинному нечета!
— Даже неудобно, как-то, тёть Вер, у вас своих ртов полон дом, а Вы ещё с гостинцами явились!
— Да, что ты, глупенькая! Разве жалко? Представь, что было бы, коли Костя твой не заступился за мальчонку? Ольга бы с ума сошла! Только недавно дом потеряли, чудом живы остались, а здесь ребёнка псы растерзали бы! Сама подумай! — увещевает соседка, оглядываясь в комнату.
А там Ольга, на коленях перед Костиком ползает и руки ему целует в аккурат так же, как он периодически норовит мне! И всё благодарит, и желает здоровья, просит для него Божьей милости, и что-то выспрашивает, а Костя пытается её поднять и… молчит!
Это что же такое? Я умудрилась наложить на него печать молчания снова?!
45 24.
03
Когда гостьи наконец-то уходят, я устремляюсь к своему несчастью, а именно так он сейчас и выглядит. Мало того, что весь изранен, так ещё потухший взгляд и полное уныние!
— Костик! Ты что, реально снова потерял дар речи?! — отрицательно мотает головой, — а чего, как воды в рот набрал? — потом вспоминаю, сама же молчать велела! — давай-ка отмирай, я пошутила! Хочу поговорить с тобой серьёзно! — усаживаюсь на скамеечку, что обычно стоит возле печки, прямо напротив него.
— Весь внимание, моя богиня! — вскидывает глаза в неубиваемой надежде! Похоже, это само не пройдёт! Ладно, подстроимся,
— Слушай, в нашей стране не принято подобное обращение. Давай договоримся так: я — Татьяна, ты — Константин!"
"— Но ведь тебе ничего не стоит лёгким движением руки вернуть нас в нормальный мир! — изумляется и тут же останавливает себя, — прости, я не вправе…
— Хватит! — обрываю, — всё ты вправе! Мне гораздо приятней, когда ведёшь себя без этих вот извинений! Только я ничего не могу! Не богиня я, не богиня! — хватаю его за руки, чтобы снять дурной морок, вернуть в реальность, — я обычная девушка, а ты дурачок, начитавшийся глупых сказок! Или мультиков нагляделся! Или грибов наелся, только где взял среди зимы, неясно!
— Этого не может быть! Ты лишилась божественного могущества? — взволнован не на шутку.
