Его заложница

— Кошечка моя, — еще тише шепчет мне почти в губы и так нежно гладит запястья. — Прости. Меня просто разрывает без тебя…

— Хорошо, — сдаюсь, выдыхая Арону в губы. И все это на глазах у Вадима.

— Саша! — грубо зовет меня Вадик. — Ты понимаешь, что будет, если об этом узнает твой отец?!

Я понимаю…"

"Но ничего с собой поделать не могу. Арон приласкал меня, и я готова броситься в этот омут с головой. Я безнадежно влюблена в своего похитителя. Сил нет сопротивляться. Он будто демон лишает меня воли.

— А ты позаботишься о том, чтобы Павлов не узнал, — Арон резко поворачивается к Вадиму и хватает его за грудки. — Иначе мы поиграем с тобой в одну забавную игру, — голос у него становится диким и пугающим, утробным. — А в какую, тебе расскажут слухи, — заглядывает Вадику в глаза. — Ммм, я вижу, наслышан обо мне. Страшно? — играет с Вадиком, усмехаясь. У моего бывшего жениха не просто паника в глазах, там дикий ужас. Его начинает трясти. — Вижу, что страшно.

Но ничего не произойдет, если ты, Вадик, побудешь хорошим мальчиком и прикроешь Александру на пару дней. Тогда я не стану тебя трогать.

— Но что я скажу Павлову? Два дня – это много… И охрана… — мямлит Вадим.

— А мне плевать. Главное, чтобы все было правдоподобно. Выкручивайся, Вадик. Но если подведешь и стукнешь Павлову, я тебя живьём закопаю. И это не аллегория для устрашения. Ты же понимаешь, что я псих и реально могу? — Вадим шумно сглатывает и кивает, бегая глазами.

— Хороший мальчик. Все ты знаешь и понимаешь, — Арон отпускает моего бывшего и обтирает руки салфеткой, словно испачкался об его рубашку. — Иди! Делай красиво, — кивает ему на выход. — А мы выйдем через черный ход.

Вадик уходит, постоянно оборачиваясь на нас. Арон расплачивается за заказ, хватает мой ноутбук, и тянет меня за руку к чёрному выходу с другой стороны улицы. И я бегу за ним, не понимая, куда и зачем. Просто бегу за мужчиной, без которого не могу нормально существовать.

Он открывает мне двери, помогая сесть в огромный черный внедорожник, и увозит в неизвестном направлении. Оглядываюсь. За нами действительно никто не едет. Кто же ты такой, Арон Вертинский, и какие о тебе ходят слухи, что Вадим испуганно исполнил все твои приказы?

Мы едем молча. Не произнося и слова, только постоянно оглядываемся друг на друга, словно не веря в происходящее. Мне страшно. Я потеряла дар речи.