А я достаю телефон из маленькой сумочки, смотрю на время, совсем скоро должен подъехать Денис."
"— А вот и моя прекрасная дочь, Мария, подойди, пожалуйста.
Папа зовет, улыбается, но по глазам вижу, что недоволен моим нарядом. Да вот плевать с высокой колокольни на его недовольство.
— Уважаемые гости, надеюсь, что после слияния наших компаний произойдет слияние семей. Позвольте представить тем, кто еще не знаком: моя очаровательная младшая дочь Мария и сын моего партнера Марселя Бушона, Анри.
Анри улыбается, сжимает мою руку, а я начинаю закипать, потому что отлично знаю, что никакого такого рода слияния не будет, но отец все снова делает так, как ему хочется.
— Папа!
— Давайте поаплодируем этой красивой паре.
Шум закладывает уши, перед глазами все плывет, прикосновения Анри раздражают, а самое страшное, что я вижу глаза Дениса. Он стоит один среди собравшейся уже полупьяной публики и просто смотрит.
Бледный, осунувшийся, а мне становится так плохо, что хочется исчезнуть, просто испариться.
А вокруг меня будто отключается звук, застывает воздух, я вижу только его глаза, полные сожаления и боли.
Вот он разворачивается и медленно уходит через толпу, вырываю руку, несмотря на возражения Анри и папы, спешу следом за Денисом. Мне надо все ему объяснить, все рассказать, так не должно быть, я не могу жить дальше с этой болью.
Расталкивая гостей локтями, все это время сжимая телефон в руке, выбегаю на улицу, тут прохладно, но я совсем не чувствую этого.
— Денис! Постой! Да подожди ты!
— А ты для этого всего меня позвала, что порадоваться и поздравить? Извини, я без цветов.
Денис говорит зло, сжимает кулаки, смотри так, что я считаю себя виноватой во всех смертных грехах.
— Это совсем не то, что ты подумал. Все не так.
— А что я подумал? Что моя девушка сначала целуется хер пойми с кем пьяная в клубе, потом наверняка просыпается с ним в одной кровати — так, угадал? А потом я слышу, что свадьба не за горами.
А еще эта сволочь трется рядом и трогает тебя.
— Это говорит мне мужчина в браке с беременной женой? Это выходит, ты у нас несчастная жертва, а я так, ветреная профурсетка?
Обида сменяется злостью. Я понимаю, что его претензии не беспочвенные, но и себя видеть надо немного.
— Я такого не говорил.
— Но я именно это услышала в твоих словах.
