И я действительно за короткое время сблизилась с этой жгучей брюнеткой с живыми зелеными глазами, в которых вечно плясали черти. Чем-то Даша напоминала меня до гибели родителей.
И да, выросшая в очень скромных условиях, она не стремилась бездумно тратить деньги. Знаю, что некоторые дивы в нашем обществе язвительно ее называли «оборванкой», потому что Даша могла одну и ту же вещь надеть на разные мероприятия, разбавив платье красивыми украшениями и различными прическами. Что для меня было удивительно, она не парилась до чужого мнения, но при этом давала повод обсудить себя только в манере одеваться.
В скандалах, изменах никогда ее имя не звучало, за это ее тоже не любили женщины, а ее мужу завидовали мужчины.
— Я согласна. Может перекусим? — предлагаю Даше завернуть в ресторан в торговом центре, который в выходной был почти забит, но когда мы вошли, для нас нашли небольшой столик у окна для двоих.
— Ну, детка, как ты планируешь отпраздновать свои девятнадцать? Закатишь вечеринку на весь дом? Или клуб?
— Никак, — пожимаю плечами, открывая меню.
— Скромно дома попью чай с Галиной Ивановной и Геной, а утром следующего дня поеду на кладбище.
— Прости, — вся веселость подруги разом слетает, она опускает глаза. — Иногда меня заносит.
— Все хорошо. Я сама по себе не хочу закатывать праздник.
— Тебе срочно нужен парень. Где это видано, чтобы такая красотка была одна! Или есть тайный поклонник, о котором я не знаю? Если что я могу спросить у Жени, кто из наших холостых знакомых достоин быть твоим спутником!
— Не надо мне никакого спутника!
— Точно! У тебя кто-то есть! Только не говорил, что он женат!
— В самое яблочко! — смеюсь, улыбаюсь, Даша улыбается в ответ, так и не поняв, что я ей сказала правду.
Об Эмине знает только Алена. С Дашей весело, я ей доверяю, но есть темы, которые с ней не могу и не хочу обсуждать, а вот с Аленкой — да, доверить самое сокровенное и не бояться, что об этом все узнают.
Мы делаем заказ, официант старательно все записывает и оставляет нас одних.
— Ок, по поводу празднования я поняла, но думаю, что от нашего шашлычка и домашнего вина ты не откажешься завтра или когда приедешь с кладбища!
— Только ты, Женя и я.
Больше никого!
— Ну, Стелл, может кого-то молодого-холостого?
— Не надо, — смеюсь, качая головой. Приносят наш заказ и какое-то время мы молчим.
— И все же я настаиваю на ужине у нас дома!
— Хорошо, Даш, приду, только чур, не примеряй на себя роль свахи!
— Не буду, — хитро косится из-под ресниц, я ей не верю.
