Кидаю сумку на пол, а сама — вприпрыжку на кровать. Эмин ловит меня, притягивает к себе. Сама его целую, нежно прикасаюсь пальцами к его небритой щеке, чувствую твердый член.
Господи, как же я его люблю!!! Меня распирает от этой любви, хочется постоянно его трогать, обнимать, доставлять удовольствие, чтобы карие глаза всегда смотрели довольно, сыто и нежно.
— Что ты делаешь? — со смешком спрашивает Эмин, из-под ресниц наблюдая за моим смещением вниз.
Не отвечаю, просто трогаю его член через простыни, украдкой наблюдая за его реакцией.
Губы сжаты, на скулах ходят желваки. Набравшись храбрости, тяну простынь. С каким-то восхищением и трепетом смотрю на возбужденную плоть. Он большой! Как он в меня помещался?! Смотрю на Эмина, он сдерживает улыбку, закусив нижнюю губу, но его глаза искрятся весельем.
— Ты надо мной смеёшься? — лизнув кончик члена, замираю, он шумно выдыхает. Осторожно беру в рот, облизываю, как подсказывает интуиция, знаю, что неумело, стыдливо, но почему-то уверена, что Эмину нравится.
Поднимаю голову, вытерев тыльной стороной ладони губы от слюны, он смотрит на меня подернутой дымкой желания взглядом. Развязываю пояс халата, сбрасываю его на пол, наслаждаясь вниманием Эмина. Он разглядывает меня не спеша, скользя взглядом по моему телу. Мне нечего стыдится перед ним, поэтому кладу руку на грудь и начинаю её ласкать.
Это заводит, когда видишь, как любимый человек жадно ловит каждое движение, при этом не трогает тебя. Оглаживаю себя по животу, по бокам, спускаю чуть ниже пупка.
Эмин подрывается, обхватив меня за талию, валит на спину. Проверяет мою готовность и нетерпеливо делает первый толчок, заставляя схватиться за его плечи. Он слегка прикусывает сосок и жадно впивается в губы, останавливаясь только для того, что бы
подсунуть мне под попу подушку.
— Ааа… — все внутри сжимается, хватают ртом воздух, находясь в шоке от новых ощущений такого проникновения, впиваюсь ногтями ему в спину. Перед глазами все плывёт, его губы затыкают мне рот, глуша стоны.
Дрожу всем телом, сокращаясь на его члене, толчки становятся все более частыми и глубокими, последний рывок и чувствую, как дрожит сам Эмин.
Отстранившись, ложится рядом, тяжело дыша. Провожу пальцем по его влажной груди, рисую какие-то узоры. Целую жилку, которая лихорадочно бьется на шее, облизываю языком солоноватую кожу.
— Я в душ, — целует меня в лоб и встает. С улыбкой рассматриваю симпатичную задницу. Эмин вытаскивает из сумки нужные вещи, уходит в ванну.
