— Ты серьезно?
— Как никогда! Вместе занимались сексом, вместе и будем воспитывать последствия этого действия!
— Не уверен в разумности этой идеи!
— Вставай, сын не будет ждать! — в подтверждение ее слов слышу недовольное кряхтение с тонким писком.
— Я надеюсь, что это не станет традицией!
— Это станет обязанностью! Но я верю в тебя! — посылает мне воздушный поцелуй, убегает на уже громкий плач, я подрываюсь следом. Понимаю, что ничего серьезного не случилось, но черт, это же плачет мой сын!
39 глава
Эмин
— Я хочу спать! — Стелла вяло чистит зубы, я вытираю волосы полотенцем после душа.
— Ложись, не думаю, что Ильяс сейчас проснется.
— Я похожа на зомби! — недовольно бурчит женушка, рассматривая себя в зеркале. Я на секунду замер, окидывая ее внимательным взглядом.
Полюбившиеся мне округлости ушли. Она себя посадила на жесткую диету. Не из-за фигуры. Из-за сына. У него начались колики. Теперь стал догонять, чего в свое время постоянно плакал Паша. Но то был чужой ребенок, мне его было жалко, но не было желания что-то сделать.
Если я был дома и накануне нет важной встречи, брал Ильяса себе у уставшей Стеллы. Почему-то на моей груди, при контакте кожа к коже, он засыпал быстро и надолго. Высыпались двое: сын и жена, я — нет.
Стелла полностью себя посвятила малышу. Домашние заботы ранее на ней не лежали, сейчас подавно. Я пропадал на работе, но старался выходные полностью посвящать семье. Мне нравилось наблюдать, как меняется Ильяс, как он чему-то новому учится. Даже тешил себя мыслью, что он меня узнает.
Сын любил купаться с первого же дня, поэтому Стелла сразу нашла тренера по плаванью для грудничков, который приезжал на дом. Потом массажист. Еще фотограф. В общем малышка отрывалась, как могла, была бодра и весела, даже когда Ильяс плакал всю ночь. Иногда мне казалось, что она играет в куклы-матери. Но были дни, батарейка ее садилась, она потухала. Как вот сейчас. И да, сон бы ей не помешал, круги под глазами говорят о недосыпании.
Ловлю на себе жадный взгляд в отражении зеркала.
Замираю с поднятой рукой, нахмурившись смотрю на Стеллу. Выразительно облизывает губы, распрямляя плечи.
— Это то, о чем я подумал?"
"Стелла поворачивается ко мне, против воли опускаю глаза на полупрозрачную ткань в области сосков. Сглатываю. Секс — это как запретная сладость для диабетика. Мне его не выдавали. Видел, что она поглощена новой ролью, ей было не до меня. Я ее жалел, хотел дождаться момента, когда сама на меня набросится. Видимо дождался.
