Эйгор. В потёмках (СИ)

Его сопровождающий — некий капитан Мойрниц, якобы офицер седьмого корпуса, в отставке. Мы проверили оба этих факта — у графа нашлось сразу семь незаконных детей. Более того — есть и женщина, которая сейчас играет роль матери Орноса. Вот только никто кроме самого графа и его прислуги не может подтвердить, что у неё действительно был ребёнок. Мои люди не нашли ни одного постороннего человека, который видел бы его. Что согласитесь, весьма странно.

Отложив сигару, берёт в руку бокал хирса и продолжает.

— Мойрниц же, по документам действительно числился в седьмом корпусе.

Но там, опять же, не нашлось никого, кто бы видел его в лицо. Ничего не напоминает? Кто-то на ходу создавал легенду, задействовав графа, который был сослуживцем регента и связан с ним прямой вассальной присягой. А Орнос Вайрьо по своему телосложению — один в один, как Кирнес. Лицо, понятное дело, ему изменили — это дело несложное. Но перебрасывать разум в новое тело не стали.

Щёголь делает глоток из своего бокала и слегка наклоняет голову набок.

— Позвольте напомнить, всё это началось с одной единственной утечки из дворца — слуха о том, что Кирнес Эйгор выжил и потерял память. Источник которой, достоверно неизвестен. Да, совпадений много, но мы с вами можем подгонять факты под удобную для себя теорию. Будет очень обидно узнать, что на самом деле это сын северного графа, который нам совсем ни к чему.

Маркиз со стуком опускает бокал хирса на стол и чуть наклоняется вперёд, явно готовясь сказать что-то резкое. Его опережает третий мужчина.

— Господа, хватит! На земли Оттефера и Скорса введены войска. Страна на грани новой гражданской войны. И если она начнётся, а у нас с вами не окажется козыря в рукаве, то виноваты в этом будем исключительно мы сами. Релье — ты можешь на время забыть о своём презрении ко всем, кто ниже тебя по титулу? Маркиз Ценхор — единственный, кто располагает агентурой в Хёнице. В этом он преуспел намного больше нас. Как и в построении своей агентурной сети на территории империи. Не будь её — никто и не заподозрил бы наследника престола в скромном северном бастарде.

Аристократ, облачённый в изысканный камзол недовольно хмурится.

— Право, вы меня обижаете Герноф. Я одинаково презираю и ненавижу всех людей, невзирая на их титулы. Но вы правы — на время нашего союза мне придётся сдерживаться. И если вас это утешит, знайте, что вы оба входите в число тех, кто не вызывает у меня желания немедленно начать убивать.

Ценхор расплывается в деланной улыбке.