Эйгор. В потёмках (СИ)

Если кто-то согласится заключить с вами договор личного вассалитета — вам нужно будет предоставить их контракты. И письменное подтверждение того, что вы отдали им приказ о вашем сопровождении.

Кивнув ему, уточняю.

— У вас случайно нет примера подобного договора?

Куратор презрительно кривит губы.

— Будьте добры — избавьте меня от просьб, не связанных с учёбой. Я куратор первого курса Хёница, а не ваш личный юрист, господин граф. Когда всё будет готово — принесите ко мне в кабинет.

На слове «граф», парень делает акцент, явно его подчёркивая.

Правда, не совсем понимаю, почему.

Когда он, развернувшись, уходит, секунду стою на месте, смотря вслед. После инцидента с Хенриком, отношение куратора курса ко мне и всей нашей компании резко ухудшилось. Единственное предположение, которое у меня пока есть — они были родственниками. Или приятелями. О состоянии преподавателя нам ничего не сообщали, но вполне допускаю, что он мог ещё не восстановиться. А то и вовсе погибнуть.

Вздохнув, переглядываюсь с Джойлом и отправляемся назад к общежитию. По дороге, из стены появляется призрак Эйкара, снова где-то пропадавший. Услышав о ситуации с титулом графа, снова принимается гнуть свою линию по поводу нового тела. Мол, без его помощи, мы точно все погибнем. С трудом унимаю его красноречие — останавливается тот только после четвёртой просьбы перенести обсуждение на более подходящее время, когда мы будет в изолированном помещении, а не в коридорах университета.

Хотя, фраза Норница наталкивает на мысль о том, что нас вполне могут подслушивать и в личных комнатах. Либо говорит о некоторой параноидальности Рэрха. В любом случае, мы не сможем обойтись без обсуждения приватных вопросов в пределах Хёница, по той простой причине, что больше поговорить, банально негде.

Встретившийся Тонфой сообщает, что беседа с Кронцами прошла успешно — вылет дирижабля перенесён на два часа ночи, а мы приглашены на борт. Вот о тексте договора личного вассалитета он имеет весьма смутное представление — тут сын хёрдиса, помочь ничем не может.

Виконтесса же в курсе основных положений, но не уверена, как верно оформить документ. Обращение к Эйкару провоцирует того на рассказ о том, как во времена его молодости подобные договора скрепляли смешением крови и сложными ритуалами. А для подтверждения нужно было обеспечить наличие нескольких живых свидетелей.

Как ни странно — выручает нас Спашен.