Эйгор. В потёмках (СИ)

Из них можно составлять любые связки, хотя чаще всего маги пользуются уже проверенными комбинациями, многократно проверенными в деле.

Руку поднимает девушка с короткими чёрными волосами, сидящая в первом ряду. Когда Омрия кивает ей, встаёт, спрашивая.

— А что такое ноты? Откуда они появились?

Сейфан знаком руки показывает, чтобы она села на место. Потом начинает отвечать.

— Первые ноты были созданы около тысячи лет назад магами, которые тогда только учились использовать все возможности своих «струн».

Тогда не существовало никакой механики применения магической силы, из-за чего первые исследователи часто гибли в ходе своих экспериментов. Но именно они заложили фундамент для развития магической науки, которая достигла своего пика перед гражданской войной, в которой сгинули все цитадели магов кроме Хёница.

Женщина обводит взглядом помещение.

Вверх взлетает несколько рук и она выбирает тощего чернявого парня, который живо интересуется.

— А как становятся некромантами? У них какие-то особенные «струны»?

На лице Омрии появляется лёгкая улыбка.

— У некоторых магов действительно встречается предрасположенность к некромантии, что выражается в свойствах айвана. Но надо понимать, что использование мёртвой плоти в любой её форме, это в первую очередь умение использовать руны и знание нужных нотных связок. Например, зная всего три базовые комбинации и десяток рун, вы уже сможете поднять живого мертвеца. Особняком стоят некроманты-менталисты, широко применяющие ритуалы с жертвоприношением.

Но такие специалисты встречаются крайне редко по причине крайне высокой летальности в процессе проведения ритуала. В среднем, каждый тридцатый ритуал с замучиванием жертвы, заканчивается тем, что сам маг сходит с ума. Что сейчас гораздо хуже смерти, так как при наличии кристалла разума, сознание мага останется целостным, а само тело можно будет восстановить, либо использовать новое. Но эта схема не может сработать, если мозги человека спеклись. Сколько раз не засовывай его разум в новое тело, сумасшедшим он быть не перестанет.

Когда она заканчивает, взметается ещё пачка рук. На этот раз вопрос задаёт девушка в чёрной рубашке, расшитой золотой вязью и собранным в хвост тёмными волосами.

— Виконтесса Айрин Мэно. Правда ли в процессе обучения погибает большое количество студентов?

Судя по разом затихшему залу, этот вопрос волнует не только её. Преподаватель, не убирая с лица усмешку, начинает отвечать.