Эйгор. В потёмках (СИ)

Взойди он на престол самостоятельно, в качестве полноценного императора — позиции нового правителя оказались бы весьма шаткими. А так — он вроде просто местоблюститель престола, пока Керьо не подрастёт. Или я не заявлю, что амнезия прошла. Если отталкиваться от этой гипотезы, то дядя неминуемо попробует устранить помеху и достать меня в университете. Правда не совсем понятно, к чему тогда такие сложности — можно было бы прикончить ещё по пути. Единственное, что приходит на ум — в курсе ситуации не только он, но и кто-то ещё из влиятельных сановников, которые в случае моей гибели, подтвердили бы свои подозрения в том, что именно он прикончил предыдущего императора, перебив его семью.

Хотя, это мог быть и не дядя, а кто угодно из многочисленных групп влияния при дворе. На попытки разобраться в окружающем меня мире я потратил три последних дня, но массив информации был слишком громадным, чтобы всех запомнить. К тому же, уверен, существовала масса тайных объединений, о которых никто не писал в газетах.

А процентов девяносто времени я и вовсе потратил на книги из библиотеки, пытаясь понять, что собой представляет реальность в которой я оказался.

Поняв, что уже секунд десять пялюсь на капитана, ждущего от меня ответа, собираюсь с мыслями.

— Понимаю. Надеюсь у него получится отыскать заговорщиков.

Мойрниц скорбно склоняет голову.

— Непременно. Они все будут найдены и казнены, кем бы не оказались.

Поезд начинает подниматься наверх и я переключаю внимание на вид за окном.

Жухлая трава постепенно сменяется тонким снегом, покрывающим землю — мы явно идём в гору. Стоящая рядом со мной сумка чуть сползает в сторону и приходится её поправлять. Большая часть моего текущего имущества — в ней. Несколько смен одежды, письменные принадлежности, писчая бумага. Небольшое количество украшений и родовой кинжал, который по легенде вручил мне граф Вайрьо в знак признания законным сыном. Красивый, но крайне массивный клинок с выгравированной волчьей пастью на металле. Всё типично — север, значит волки. Хотя всё лучше, чем если бы на стали оказалась изображение моржа или пингвина. Там же лежит пятизарядный крупнокалиберный револьвер и патроны. Второй, калибром поменьше — в кобуре у меня на поясе. Принц оказался большим любителем оружия — в его личных покоях, которые мне разрешили на пару часов посетить, обнаружилась почти сотня разных моделей. Из них я выбрал две, показавшиеся самыми удобными.