Её (мой) ребенок

Это самодеятельность. Мелкая ОПГ. Их никто из города не крышует. Он сказал «моих людей». Значит, главный участвует в грязной части процесса. В похищении. Он сейчас рядом с Леной. Это значит их мало. Они просто слили дохрена бабла на взятки, чтобы отмазаться. Ты видел фамилию судьи, прокурора? Оба известные взяточники. Но большого влияния не имеют. Я думаю, можно разносить.

— Может фейсам позвонить?

— А если будет утечка? Я попрощаюсь с сестрой?

Набираю наших стажеров, выясняю локацию Ларисы этой.

Ухожу от столкновения, выкручивая руль.

— Ты чо! — бьёт кулаком мне в плечо. — Ровно, давай, дыши. Без эмоций!

— Напугали её, суки! — вколачиваю кулак вверх.

— Поехали, некогда это всё.

У дома Ларисы ее тачка. Внутри нее горит свет. Лобовое припорошило снегом. Давно стоит. На переднем сиденье она и какой-то мужик за рулём.

Взвожу курок, перекладываю ствол в карман.

Киваю. Мы выходим, я стучу ей в боковое стекло. Оно ползёт вниз.

— Ну что еще вам надо от меня? — чуть пьяненько.

— Лариса, нужно поговорить.

— Мм… опера тоже любят денежку? Ну пойдём, как там тебя, капитан?

— Лев, точно! — ведет игриво когтями по рукаву моей куртки. — Ррр… Красивый ты мужик, Лев. Жалко — мент… Димочка, пойдем. Будем пить кофе. С коньяком и операми! — хихикает она.

Открываю ее дверь, подаю руку, помогая выйти из машины. Она открывает с брелока гараж.

Мужик ее… не мужик, скорее парень лет двадцати. Где-то я его видел.

Ширма медленно ползёт вверх.

— Вы бы, Лариса, «Димочку» отпустили.

— А я не могу отпустить Димочку! Он сегодня меня развлекает! Я его купила…

Ясно. Вспоминаю, где видел. Проститут, точно! По одному моему делу давно проходил как свидетель. Пацан еще был совсем.

Виляя бедрами Лариса заходит в гараж. Ковыряется ключами в замке, чтобы открыть дверь из гаража во двор. Полы шубы метут бетонный пол.

Вижу, как Медведь притормаживает парня.

Тот понятливо линяет.

— Лариса, а давайте помогу? — протягиваю руку, забирая ключ.

Но вместо того, чтобы открыть дверь во двор, я закрываю с брелока ширму гаража за спиной Медведева.

— Это работает не так… — облизывает она свои яркие размазанные губы, пафосно рисуя в воздухе пальцами.

Утыкаю молча ей в челюсть ствол.

Смотрю ей в глаза. Ее пальцы так и зависли в воздухе не дорисовав пьяные вензеля.

— Я выстрелю тебе в нижнюю челюсть и изуродую так, что ни один хирург не соберёт в первоначальную версию.