Её (мой) ребенок

— Яна, ты бледная такая, — замечает Маша. — Съешь что-нибудь.

И правда — бледновата.

— Аппетита нет… Наверное, вчера что-то не то съела.

Допив кофе, Машенька сбегает к себе.

Забрав со стола парочку фломастеров Аленка разрисовывает бинт цветами. Терплю ее по волосам.

Заигрывая засовываю ей в декольте дольку яблока. Гавр тут же подскакивает, ныряя в ложбинку мордой. Кошка взвизгивает.

— Э, братан… — оттаскиваю его за шкирку оттуда. — Не борзей! Это моё!

— Брысь! — прогоняет его с коленей Кошка.

Вытаскивает дольку, отдаёт ему в лапки.

— Кис-кис-кис… — подмигиваю я, — Чего грустим?

Нервно вздыхает. И я тоже начинаю нервничать.

— Ты абьюзер, Айдаров!

— Почему это? — удивлённо взлетают мои брови.

— Потому что, когда ты боишься сообщить о своем решении своему мужчине, опасаясь его реакции на него, это первая стадия абьюза.

— Пф! Тогда тут надо еще разобраться, кто из нас больший абьюзер, Кошка. Давай уже… вещай про своего Лившица. Обещаю не ломать ему нос.

Встряхиваю только зажившей рукой, сжимая и разжимая пальцы.

— Аха! — прищуривается Кошка, замечая мой жест. — Значит, просто так выбил? Не хочешь мне рассказать?

— Кошкина, ну работа у меня такая. Иногда — силовая. Не могу же я ежедневно исповедоваться?

Не хочу я ей рассказывать. Испугается… И Лену попросил пока не говорить. Саида мы хорошо тряхнули. Он всех сдал. Всех взяли. Только Славик бегает. Доказательств реальных против него нет, кроме свидетельств подельников. Но все равно же прижмем… Квартиру вскрыли. Вещи Марьяны и еще некоторые памятные оттуда вынесли.

— Ты давай, не отвлекайся… чего там с Лившицом?

— Мне нужно уехать сегодня. Проект перешёл в активную стадию. Нужно подключаться.

— У нас рабочая встреча. Больше нет возможности отсиживаться дома.

— Мы договорились в кофе-хаус.

— Через час… Аленка у мамы побудет, если ты занят.

— Я занят, да. Принцесса моя, собирайся!

Пока Алёнка с пакетом игрушек ждёт нас на кресле в прихожей. Мы молча сталкиваясь друг с другом, торопясь, собираемся.

Красит губы перед зеркалом прихожей.

Быстро смываю пену для бритья. Протираю лицо лосьоном. Ментол привычно жжёт… Надеваю водолазку, часы… Кобуру!

— Ты на работу? — бросает взгляд на нее.

Прячу кобуру под пиджаком.

— У тебя же выходной.

— Не от всех обязанностей.

— Я уже забыла, какой ты роскошный в костюме.

Когда расписывались, я был в костюме…

Застываю, глядя ей в глаза. Руки почему-то опускаются. И так пронзительно больно внутри.