Её несносный студент

Просто не могу. Потому что однажды уже обожглась, и не важно, что тогда я девчонкой сопливой была. Я открыто говорила о своей любви, а потом была жестко опущена на землю. Мягкой посадки не случилась, карета превратилась в тыкву, а прекрасный принц умотал в столицу, оставив после себя боль и разочарование. А еще страх… Страх обжечься снова. И Егор мне повода сомневаться, конечно, не давал, но… Да я и сама толком не понимаю, что «но».

— Ксюш, ну ты чего, не грузись, малыш, я же пошутил, — Егор снова меня обнимает, гладит по голове, целует в макушку.

— Ты не злишься? — спрашиваю осторожно, едва слышно.

— Александровна, мы всего пару минут стоим на морозе, а ты себе уже мозги отморозила. Все, топай давай.

Он подталкивает меня в сторону входа, и я иду, улыбаюсь, как дура, и иду.

В холе мы прощаемся, Егор нехотя уходит на пару, а я иду на кафедру. Я специально пораньше приехала, чтобы перед парами немного подготовиться, в конце концов я на больничном три недели проторчала, шутка ли.

По пути я успеваю немного успокоиться, меня все еще немного потряхивает, но вроде ничего страшного не произошло, никто нас видеть не должен был. На факультете сейчас пусто практически, народ начнет подтягиваться минут через двадцать, не раньше.

Однако, я не успеваю переступить порог кафедры, как слышу за спиной противный голосок главной змеи нашего серпентария, то есть коллектива, конечно.

— А ты, Ксюша, я смотрю ушлая.

Я оборачиваюсь, Оля стоит примерно в метре от меня, уперев руки в бока и постукивая носко своего модного и стоящего немалых денег сапожка.

— Надо же, строили из себя невесть кого, а оказались простыми шлюхами.

— Я не понимаю, о чем вы толкуете, и по какому поводу меня оскорбляете, — произношу ровно, стараясь держать лицо, прекрасно зная нрав этой стервы. Однако все понимаю, конечно, понимаю.

— Ой, да перестань из себя овцу невинную строить, быстро вы с Васькой подсуетились, одна с сыном мэра трахается, вторая — с внуком ректора.

Она ничуть не старается говорить тихо, а я застываю на месте, вытаращив глаза на эту змею бешеную.

Что она сейчас сказала?

Волков...Волков…Волков…

Николай Федорович Волков…

Господи, Господи, ну нет, нет же…

Как я, как я не связала-то? Это же очевидно. Как дважды два.