Экипаж

– тихо взвизгивала ошпаренная Марина, пытаясь прижаться к стене как можно плотнее.

- Ну, рядовой!.. – очень недобро посмотрел на Перова капитан, безуспешно сражаясь с кипящей струей. – Ну, стройбатовец! Ты худший солдат из всех, кого я знаю... если не считать рядового Сулако, - неожиданно признался он.

- Че за Сулико такое? – полюбопытствовал Денисов, помогая командиру бороться с водной стихией.

- Был у меня такой боец во взводе, когда я сержанствовал... – жмурясь от горячего пара, ответил Святослав. – У нас в Империи солдаты проходят такие тренировки.

.. стрелковые... называется «бой с болваном». Берется такой простейший робот, «болван», и его надо уничтожить. Один на один. У курсанта боевое оружие, а «болван» даже бегает-то с трудом... самая простая тренировка из всех...

- Ну и че там было с твоим Сулико? – после длинной паузы, заполненной только плеском, спросил Денисов. – Не попал?

- «Болван» победил, - криво усмехнулся Святослав и замолчал.

На стальной двери начал появляться маленький оранжевый кружочек.

Он очень быстро увеличился, и с него закапал расплавленный металл. Потом вниз поползла полоска – с той стороны кто-то работал лазерным резаком.

- Ну все, стало еще хуже... – вздохнул Моручи, кое-как затыкая трубу кепкой. – Значит, так, экипаж, слушай мою команду. Пойдем на штурм, пока есть шанс. Кадет Лапшина – открываешь дверь и тут же прячешься. Сержант, рядовой, держаться сзади. Я возьму на себя основной удар, вы прикрываете мне спину. Бить насмерть – они нас не пощадят.

Но майора желательно взять живым. Огнестрельное оружие применять в крайнем случае.

- А у меня его и нет... – хмыкнул Денисов.

- Значит, приказа не нарушишь, - пожал плечами Святослав. – Что я еще не сказал? Ну, в общем, действуем по моей команде. На изготовку...

Он поднял руку, готовясь дать сигнал к атаке. Но почему-то не торопился ее опускать, прислушиваясь к чему-то. Денисов, Перов и Марина тоже прислушались.

Из-за двери доносились приглушенные возгласы. Даже не из-за двери, а еще дальше – из прихожей.

А потом... потом что-то очень громко бахнуло, послышался свист и шипение, какой-то треск, чей-то очень тяжелый топот и несколько криков. Самый резкий, заглушающий все остальные – несомненно, женский.

Что-то ударило в стену. Раздалось чье-то раздраженное шипение, похожее на голос гигантского варана. Очень ласковый голос мягко уговаривал людей Громенко немедленно самоуничтожиться, уверяя их, что это будет самым лучшим выходом.