Экс-любовники (СИ)

Разумеется, после купания в озере этот чистюля полез в душ.

«Я тебе, значит, голый живот, а ты мне вот это? Пришли кубики».

Поставлю их на заставку.

Вместо долгожданного сообщения раздаётся телефонный звонок, сменяющийся смехом Карима.

— Вася, ты чего такая ненасытная?

— В смысле ненасытная? — улыбаюсь я, от неконтролируемого восторга начиная ёрзать под одеялом. — Я же тебя не член попросила прислать.

Хотя мысль такая, конечно, была. О-о, в своё время у меня в телефоне папка на целый гигабайт с его прибором хранилась.

Там и фотки, и видео было, как Карим мастурбирует для меня. Мы с ним часто так баловались, когда он куда-нибудь уезжал. И секс-перепиской, и созвонами по фейстайму. Карим потом в шутку ныл, что это я его испортила, хотя на самом деле это он первый мою интимную фотку попросил. Бедная Равиля Марсовна даже не догадывается, каким развратником вырос её старший сын. С родителями-то он всегда такой вдумчивый и серьёзный.

— Лови, — раздаётся после секундной заминки.

 — Я пошёл в душ, а ты спать ложись.

— Ладно. Ты завтра в «Роден» приедешь?

— На меня посмотреть? — кокетничаю я. И даже волосы на палец непроизвольно наматываю.

— Конечно, Вася, — голос Карима теплеет, и он тихонько смеётся. — Всё только ради тебя.

— Спокойной ночи, — улыбаюсь я, удовлетворённо переворачиваясь набок. — До завтра.

Сбросив вызов, гашу свет и запихиваю телефон под подушку, но потом вспоминаю про снимок кубиков и снова лезу в мессенджер.

«При-иве-ет, — шепчу я и тру подушечкой пальца экран, будто и правда могу их потрогать.

 — У меня отличные новости, мои твердокаменные. Теперь мы будем видеться гораздо чаще.

Поставив эту фотографию на звонок, я отворачиваюсь к стене с намерением уснуть, но не тут-то было. В голове, как зацикленный, прокручивается видеоряд минувшего вечера: белозубая улыбка Карима в полумраке, его руки, шарящие по мне, и тепло капота под задницей. Я передёргиваю ступнями, сильнее сжимаю колени. Вот только возбуждения сейчас не хватает.

Уснуть долго не получается. Ещё бы. Впервые за два года я чувствую себя абсолютно счастливой.

— Васили-и-ина, Васили-и-ина!

Я нехотя открываю глаза и, поморгав, разглядываю склонившееся надо мной лицо Тани.

— Чего тебе? — хриплю, морщась от лучей света, бьющих из-за распахнутой шторы.

— А тебе сегодня на работу не нужно?

— А времени сколько?

— Половина девятого.

Грязно выругавшись, я спрыгиваю с кровати.