Экспертиза любви

А что не съедим, я прямо здесь варенье сварю. Зимой будем чай с вареньем пить.

— Молодец, Людмила Васильевна! — одобрительно сказал Петя.

— Круто, — от себя добавила Лена.

Из коридора притопали грузчики.

— Куда шкафы выгружать?

Грузчики стали торговаться с Петром Сергеевичем за подъем без лифта на четвертый этаж, и Лена краем уха услышала, что он опять посулил им денег. Когда они, сговорившись, ушли вниз, Лена подошла к Рябинкину.

— Вы что, миллионер?

— Нет. Но не вас же мне заставлять шкафы поднимать.

— Но ведь это все должно оплачиваться централизованно? Для чего в университете хозчасть?..

— Спасибо, что Петр Сергеевич шкафы выпросил не за свои деньги… — встряла выглянувшая из лаборантской с мокрыми тарелками в руках Людмила Васильевна.

— А что, так было сложно?

— Шкафы нужны были не книжные, а типа сервантов с откидывающейся крышкой. Знаете, как с отделением для бутылок? Называется «встроенный бар». А такие по смете не предусмотрены. Только книжные с открытыми полками. Петр Сергеевич еле проректора уговорил.

— А зачем нужны именно такие шкафы? — спросила Лена. В это время шум и возня на лестнице подтвердили, что шкафы поднимают.

— Подождите, я им помогу. — Петя отправился руководить разгрузкой. Людмила Васильевна тут же сунула тарелки в руки Лене и побежала за ним. Лена вспомнила, что в Москве предпочитала обходиться на ужин простым бутербродом, лишь бы только не возиться на кухне, и, вздохнув, отправилась в лаборантскую домывать посуду.

Шкафы разгрузили неожиданно быстро.

Их было ровно шесть штук и по указанию Петра Сергеевича их поставили вдоль по стенам в одной из учебных комнат рядком по три. Шкафы оказались симпатичные, темной полировки и пахли клеем и лаком. Когда грузчики ушли, Людмила Васильевна домыла набело полы, прошлась тряпкой по новой полировке, растворила в комнате окно и ушла. Лена с удивлением увидела, что солнце уже не стоит над верхушками тополей, а пылает где-то сбоку.

— Еще только пять часов, а солнце уже садится?

— Это потому что мы в низине, — ответил Рябинкин, присев на подоконник, — будто на берегу моря.

Там всегда кажется, что солнце заходит раньше, чем на равнине.

Людмила Васильевна, уже собранная, чтобы идти домой, снова заглянула в комнату.

— Если столы и стулья заносить сегодня не будем, я ухожу. У меня и так спина после этих трудов разваливается.

— Ну хорошо, идите. Я сам занесу, — Петя привстал с подоконника, на котором сидел, чтобы с ней попрощаться.