Экстрасенс разбушевался

Какая патология у пациентов на судне?

— Девяносто семь незрячих, семьдесят один с онкологией, — перевел Рауль ответ Карлоса.

— Состояние онкологических?

— Сложное, — вздохнул Карлос. — Мы не брали тех, кого в состоянии излечить.

— Предлагаю поступить следующим образом. Я постараюсь исцелить двух пациентов с онкологией – на большее не хватит сил. Незрячими займусь завтра. Первая половина дня у меня свободна. Я пришлю автобус, вы посадите в него детей и доставите в поместье. Мне так удобнее. Заодно на обратном пути дети посмотрят город.

Можно провести им экскурсию, угостить мороженым или чем-нибудь еще. Все за мой счет.

— Не нужно! — поспешил Рауль. — У нас есть деньги.

— Пусть так, — согласился я. — Вернемся к онкологии. Здесь в банке – лекарство от рака.

— Это физиологический раствор! — изумился Карлос.

— Формально – да, но на деле – нет. Я изменил структуру клеток воды. Она стала активной в отношении злокачественных опухолей. Объясню. Все современные лекарства от рака сделаны по единому принципу – они одновременно убивают опухолевые и здоровые клетки.

Проблема избирательного воздействия не решена и не будет решена в ближайшем будущем.

Не вру. Над проблемой будут биться даже в XXI веке.

— Убивая опухоль, мы наносим вред организму. Иногда фатальный. Это тупиковый путь. Требуется лекарство, которое заставит раковые клетки перерождаться в нормальные, не подрывая при этом здоровье человека. Именно так я исцеляю больных. Биоэнергетическое воздействие запускает процесс: раковые клетки превращаются в здоровые.

Но мои возможности ограничены – действую извне. В сложных случаях, а у вас, как понимаю, иных нет, в состоянии исцелить не более трех детей в день. В случае применения лекарства число их возрастет в разы. Изменить клетки воды мне легче.

— Вы уже применяли этот способ? — Карлос указал на банку.

— Нет. Вы станете первыми.

— Я не могу разрешить вводить больным не прошедшее испытание лекарство, — нахмурился он.

— Это всего лишь физиологический раствор, как вы верно заметили, — возразил я. — Он не в состоянии нанести вред организму при правильной дозировке. Измененные клетки? Точно так я работаю при внешнем воздействии. Побочных эффектов не наблюдалось. В худшем случае лекарство просто не поможет. Понимаю: это риск, но считаю его оправданным. Будем откровенны: ваши пациенты безнадежны. Я, конечно, сделаю все, чтобы исцелить их. Предположим, что получится.