Экстрасенс разбушевался

— Почему мы? — заинтересовался Яков.

— Потому что умные и цените своих людей, — польстил я. — Ни одна страна мира не заботится так о гражданах. Чтобы их спасти, готовы говорить даже с чертом.

— Доложу, — сказал он и прибрал листок. — Каковы ваши планы, Михаил? Вы в Москве проездом или навсегда?

— Будет видно, — пожал я плечами. — Не уверен, что ко мне нет претензий от руководства СССР, хотя меня в том уверяли. Потому прилетел по кубинскому паспорту. Через пару дней произойдут некие события и станет ясно.

— Вы что-то знаете? — насторожился он.

— Предвижу, — улыбнулся я. — Хотя вы этому не верите. До свиданья, Яков.

— Погодите! — он достал из ящика стола сберкнижку. — Ваша, — протянул ее мне. — Ждала все эти месяцы.

— Благодарю, — сказал я и спрятал книжку в карман.

— Вам спасибо, — не согласился он. — Будьте осторожны. КГБ почему-то усилило наблюдение за посольством.

Накаркал. Не успел выйти за калитку, как ко мне подошли двое в штатском – ждали у будки. Один достал из кармана красную книжечку и предъявил мне.

— Лейтенант КГБ Семенов. Нужно поговорить.

Блин, влип! Сейчас отвезут к себе, найдут иностранные паспорта. Вывод? Шпион. Разберутся, но в каталажке посижу. Всем планам конец.

Если кто-то из них знает испанский, пропал.

— Э-э… — смутился лейтенант. — Спик инглиш.

— Гуд, — кивнул я. — Говорю. Кто вы?

— Из Комитета государственной безопасности.

— Дравствуй, товарич! — улыбнулся я и протянул ему руку. Он ее растерянно пожал. — Я прилетел с Кубы. Мое имя Микаэл, — добавил по-английски.

— Могу взглянуть на ваш паспорт? — спросил он.

Я достал из кармана документ и протянул ему. Он взял, пролистал, открыл страничку с фотографией и сличил с оригиналом. Затем пробежал глазами текст.

— Но, но! — помахал я пальцем. — Микаэл Мураско.

Если он не говорит по-испански, то не знает, как в нем обозначают звуки. Кстати, «ш» в испанском нет, произносится, как «с». «Мураско» – очень даже по-испански, если правильно сказать.

— Что там, Леша? — спросил другой, заглянув через плечо лейтенанта.

— Паспорт подлинный, — ответил Семенов. — Прилетел сегодня, штамп о въезде есть. Только не похож на дипломата, хоть убейся. Почему в джинсе? Те в костюмах ходят.

— Может, с миссией секретной, — хмыкнул напарник. — Кто их знает, дипломатов? У них своя кухня. Видишь же – кубинец. Нам обрадовался, прочие пугаются. Отпускай мужика. Накатает жалобу, не отпишемся. Вива, Куба либре! — улыбнулся он мне.

— Грасиас, товарич! — оскалился я и забрал паспорт у лейтенанта.