Экстрасенс разбушевался

Генсек выглядел устало и растерянно, но о приказе арестовать членов ГКЧП заявил твердо.

— Я благодарен президенту России Ельцину за решимость, проявленную в отстаивании гласности и перестройки, — сказал в камеру. — Это помогло нам справиться с попыткой государственного переворота. Виновные будут строго наказаны.

«Скорпион» генерал сунул в портфель, достав пистолет из футляра. Немолодой, солидно выглядящий человек с портфелем – что может быть более обычным для московских улиц? Никому не придет в голову заподозрить в нем террориста.

Закрыв квартиру, Родин спустился на первый этаж и пошел к станции метро. На дом оглядываться не стал – он сюда не вернется. Жребий брошен, как говорил один римский император.

Проснулся я с затекшей шеей – казенный диван не лучшее место для отдыха. Кряхтя, встал, обулся и сделал зарядку. Глянул на часы – восемь утра. Сходил в туалет, где умылся и почистил зубы. В приемной позавтракал шоколадкой и запил водой из графина. Пора и честь знать. С Ельциным встретился, подлечил, закодировал – чего более? Меня Минск ждет.

Не успел взять сумку, как в приемную заглянул Кержаков.

— Доброе утро! — поприветствовал с порога. — Михаил Иванович, следуйте за мной.

— Что случилось? — насторожился я.

— Ничего, — улыбнулся он. — Борис Николаевич сейчас будет выступать перед народом. Объявит о победе над путчем. Просил пригласить вас.

— Вас видели по телевизору. Знаменитость, — он снова улыбнулся. — Возможно, дадут слово. Не возражаете?

— Да пожалуйста, — пожал я плечами.

Кержаков отвел меня на крышу стилобата над входом в Белый дом. Оказалось, здесь что-то вроде огромного балкона вокруг башни здания. Беломраморный парапет, возле которого шла суета: рабочие устанавливали микрофоны и динамики. По сторонам толпились журналисты с фото и телекамерами. Притащили длинный стол и поставили его перед микрофонами. Рядом – несколько стульев. Ага, что-то вроде трибуны и ступенек, чтобы Ельцина хорошо видели. Я заглянул за парапет – внизу колыхалось людское море.

Заполнено не только пространство перед Белым домом, но и набережная. Все ждут выступления кумира.

Приведя меня, Кержаков сразу убежал. Стоять было скучно, и я пообщался с журналистами. Среди них хватало иностранцев, но многие знали русский, да и я говорю по-английски. Узнал последние новости. Горбачева привезли в Москву, путчистов арестовали и поместили в «Матросскую тишину». Все, как и прошлой жизни, только на день раньше.