Экстрасенс разбушевался

И вот тут все зависело от расторопности Диего и его людей: следовало оперативно заменить «фондовских» пациентами из собственной очереди, куда записывали детей из состоятельных семей. Платили они по другому тарифу – тысяча долларов за ребенка. Как сказал Диего, нормальная цена даже для не слишком богатых аргентинцев. В крайнем случае можно взять кредит в банке, и его дадут. Деньги фонд перечислял на мой счет, состоятельные родители привозили наличные. Их хранили в огромном сейфе, доставшемся нам от хозяев. Раз в неделю приезжала инкассаторская машина из банка и забирала выручку.

Мы едва успели обосноваться в поместье, как в мой кабинет заглянул Диего.

— Звонили из кубинского посольства, — сообщил с порога. — Просили принять их представителя.

— Пусть приезжает, — сказал я. — Какие у вас отношения с кубинцами?

И почему я не удивлен? Кубинец приехал в тот же день. Мужчина лет сорока, высокий, жилистый. Одет в штатский костюм, но носит его как мундир.

— Рауль Гарсия, советник посольства, — представился гость по-русски и протянул мне руку.

— Запросто, — ответил я, указав на стул. Встреча происходила в столовой. — Вино, кофе, ром? Вы голодны?

— Нет, товарищ, — покачал он головой. — Но от кофе не откажусь.

Я велел горничной принести напиток и устроился за столом напротив. Несколько мгновений мы рассматривали друг друга. Первое впечатление не обмануло – гость успел повоевать. Суровое лицо с резкими чертами, смотрит, словно целится.

Немного поговорили о погоде, затем принесли кофе, и мы оба сделали по глотку.

— Товарищ Фидель поручил спросить, — начал гость, поставив чашку. — Вы согласны исцелять кубинских детей? Если да, то за какую плату?

Молодец Фидель и его разведка. Не успел начать практику, как разнюхали. Вот такая у них диктатура – первым делом дети.

— Ответ на первый вопрос: да. На второй: бесплатно.

Рауль удивленно уставился на меня.

— Почему бесплатно? — спросил после паузы.

— Спасибо, товарищ! — сказал кубинец. — Скажу честно: не ожидал. Информация была другой.

— Что сбежал из СССР ради денег? — улыбнулся я.

— Деньги, если их достаточно, дают человеку свободу. Ему нет нужды думать, как найти работу и прокормить детей. Но когда богатство становятся фетишом, оно превращает человека в раба. Он живет ради денег, посвящая помыслы накоплению сокровищ. Я ценю свободу. И еще. Куба тридцать лет в блокаде.