Экстремальная археология

Это положительно сказалось на скорости, приблизительно спустя полчаса я сумел разглядеть сушу во всех подробностях без помощи дальновидения.

Сам берег в этом месте низкий и плоский. Полсотни шагов полосы сероватого пляжа, над которым возвышается крепостная стена, сложенная из небольших каменных блоков понизу и кирпичная поверху. Через каждые двести метров в ее линию врезаны невысокие круглые башни с какими-то механизмами на верхних площадках. Похоже на внушительные метательные машины, предназначенные для отражения десантов.

Высаживаться перед городскими укреплениями на виду у защитников – не самая разумная идея. И я бы с радостью выбрал иное место, но какое? Куда ни глянь, повсюду ровная линия берега и стена над ней. Никакой жизни не видать, только прямо напротив меня под крепостью суетится одинокая человеческая фигурка, занимаясь там чем-то непонятным. Детали даже при помощи дальновидения разглядеть сложно, слишком сильно болтает на волнах.

Похоже, я так и не пойму, чем занят этот человек. Дело в том, что чем ближе к берегу, тем заметнее становится течение.

Оно норовит унести меня куда-то на запад, где, если попытаться чуть выскочить из воды, можно разглядеть угол крепости. А дальше просто ровная, ничем не защищенная земля. То есть уже не территория города.

Я прекрасно помню, что Хлонассис переживает не самые лучшие времена. И, если меня донесет до тех мест, рискую попасться осаждающим. А мне ведь к ним совсем не надо, мне в город надо. Следовательно, с течением придется бороться.

Увы, это не так-то просто, оно чересчур сильное.

И сила его увеличивается с каждой минутой. Как я ни старался, меня упорно сносило вправо.

Пришлось поднапрячься, устроить рывок на пределе сил. Надо успеть добраться до мелководья раньше, чем меня вынесет в стороне от стены.

В полукилометре от суши прибавились новые проблемы. Глубина здесь резко снижалась метров до пяти, в неширокой толще носились те самые акулы, от которых я в начале подводной эпопеи так торопливо пытался спастись.

Пока они не осмеливались приближаться, и я начал потихоньку радоваться.

Но радость осталась в прошлом, когда появилась серьезная рыбина, метра под четыре в длину. Стала описывать круги, постепенно приближаясь с откровенно недобрыми намерениями.

Пришлось вытащить из вместилища ари и, подпустив морскую хищницу, хорошенько кольнуть ее под глаз. Она оказалась столь же робкой, как и кайты, удрала молниеносно.

А мне пришлось плыть дальше с осторожностью, часто ныряя, высматривая новых акул.