Экстремальная археология

Я рассчитывал, что големы – стихийные создания. Следовательно, их поводыри должны дружить с этой силой. Однако в трофеях не обнаружилось ни навыков, ни атрибутов Стихии.

Такое же разочарование, как со снежным пауком.

Я ошибся. Внизу нас не ждало войско суперголемов или других опасных тварей. Там располагалось что-то… Даже не знаю, как это назвать. Если применять привычную терминологию, она и на десять процентов не отразит суть того, что я увидел.

Ну а остальные девяносто – полный мрак. По большинству встреченных помещений и предметов я ни слова не мог сказать.

Ладно, будем считать, что внизу располагалось нечто вроде производственного комплекса, складских помещений и своего рода систем жизнеобеспечения. Все выглядело в высшей степени странно и, как обычно, совершенно непонятно. На некоторые вопросы ПОРЯДОК ответы давал, на другие категорически отказывал в информации. И каждый раз, когда я к нему обращался, приходилось читать однотипные кричащие приказы.

От меня настоятельно требовали убивать и крушить.

К таким вещам относилось оборудование огромных алхимических лабораторий и содержимое складов. Разумеется, терминология для этих мест, как и прочее, списана с потолка. О назначении помещений можно лишь догадки строить, подтаскивая знакомые понятия к загадочным явлениям.

Также требовалось уничтожать обитателей загонов: кошмарно измененных существ, еще не достигших той стадии, когда Некрос признает их своими. Прячущихся мелких склизких уродцев, на бородавчатых плечах которых лежало все это хозяйство, тоже щадить запрещалось.

И за каждую разгромленную реторту и разодранного умертвиями «технического специалиста» ПОРЯДОК начислял награды. Не ордена, как за обитателей верхних ярусов, а обычные свои трофеи. Количество и качество радовали: и на состояния не скупился, и на знаки ци высокого достоинства.

Один из складов оказался забитым штуковинами, походившими на огромные чечевичные зерна с угольно-черной оболочкой и зеленой слизью внутри. ПОРЯДОК пояснил, что это вместилища особой гадости, способной заразить немалую площадь. Домашний скот, покушав травку с пострадавших угодий, стремительно преображается как внутренне, так и внешне.