Экзамен на зрелость

Но паша был уверен, что тогда он просто потеряет свою конницу и ему все одно придется принять бой. Вот только прикрыть его фланги уже будет некому.

В отличие от Яж-паши Румянцев решил избрать оборонительную тактику. По этой причине русские части остались на месте, отдавая инициативу в руки противника. Впрочем, Александр Иванович не переживал по данному поводу. Переход в наступление это еще не инициатива, а всего лишь первый шаг.

Вдалеке сначала вспухли облака белого дыма, а затем донесся разноголосый грохот орудий.

Практически одновременно с ним землю перед позициями русских взрыли турецкие ядра. Только малая часть из них дала рикошет, причинить же вред не смогло ни одно ядро.

А вы как думали, любезные? Пусть этот молокосос считает Румянцева выжившим из ума стариком, но о том должны говорить дела. Александр Иванович не начинал наступление еще и по той простой причине, что между противниками была балка, а силы располагались на возвышенностях. При таком раскладе добиться рикошетов очень сложно.

Тут впору использовать гранаты. А у паши, как и у Румянцева, скорее всего только полевая артиллерия, значит, и от гранат толку будет не так чтобы и много.

Хотя… Что там этот поручик говорил о новых боеприпасах? И потом причина, по которой его досрочно произвели в следующий чин… Может, он и впрямь несправедлив к пушкарям? Ладно. Сейчас и проверит…

– Где командир батареи?!

– Поручик Пригожин, – тут же отозвался на призыв прапорщика-порученца Сергей.

– Приказано начать обстрел.

– И по каким целям приказано стрелять?

– Поручик, ты что, не видишь турок?

Нет, он конечно же понимает, что прапорщик лет на шесть старше и служит наверняка не первый год. Да что там, конечно, не первый. Вот только как он смеет разговаривать в подобном тоне со старшим по званию, да еще при его подчиненных? Они в армии или где?

– Господин поручик, – резким тоном поправил порученца Пригожин. – И не «ты», а «вы».

– Потрудитесь держать себя в рамках, господин прапорщик, – вперив в наглеца злой взгляд, оборвал его Сергей.

Но потом Пригожин решил, что место и время для выяснения отношений все же неподходящее и предпочел вернуться к злободневной теме. – Так по каким целям мне вести стрельбу, господин прапорщик?

– Его превосходительство приказал открыть огонь, но цели не уточнялись.

– Благодарю. Батарея-а! Слу-ушай мою-у команду! – Все, ему больше нет никакого дела до этого штабного. Его ждет работа.