Элемент крови

Я позвонил, представился честь по чести, показал в глазок удостоверение – мол, хочу жилище ваше осмотреть, а Троцкий, собака такая, наотрез отказался дверь открывать. Начал на меня кричать, обзывать прислужником империализма и еще гидрой там какой-то. Ну, я заряд-то и заложил, как вами сказано было. Так от взрыва весь подъезд рухнул. Сам еле выбрался, кирпичом по голове досталось – теперь стою рядом с развалинами и гадаю: выкапывать мне его или нет?

Калашников захохотал. Генералиссимус удивленно оглянулся на него.

– Братец, да это ж тебе не снаряд из гаубицы! – прокричал Алексей, корчась от смеха. – Там всего сто грамм-то и надо – ты что, тротил от пластита отличить не смог? Сколько прикрепил? Полкило? А чего так мало? Лепил бы сразу килограмм – и дома бы уже не было. Ладно, плюй на все и езжай в контору поскорее. Тебя там такой подарок ждет!

Отключив связь, Калашников повернулся к понуро сидевшему в машине Сталину.

– Ну а вот теперь, мой дорогой Иосиф Виссарионович, – протянул Алексей, включая зажигание.

– Пока мы едем, ты весьма подробно, в красках и деталях расскажешь о том, что же такого интересного написал в своем Евангелии Иуда.

(15 часов 43 минуты)

Не хватит ли? А кто его знает. Может и не хватить, ведь орешек предстоит крепкий. Убийца поразмыслил пару секунд и к трем уже имеющимся капсулам на всякий случай добавил еще одну. Больше – не меньше. Он вышел на финишную прямую, а потому не имел права рисковать.

…Пожалуй, перед уходом следует еще раз послушать новости.

Киллер покрутил рыжачок, ловя информационную радиостанцию, но не услышал ничего нового – на «Эхе Ада» давал интервью какой-то Аслан Каскадов, жаловавшийся на несправедливость Главного Суда.

– Я, может, всего чуть-чуть президентом и побыл, – разорялся Каскадов. – А меня тут раз – через шесть месяцев обрили и в срочники запихнули. Я спрашиваю – два года служить, что ли? А «деды» ржут – нет, салага, тебе двадцать тысяч лет только «в чайниках» сидеть и на весь батальон картошку чистить.

Это когда же я снова генералом стану?

Схватив треснутый от полетов в сторону экрана пульт, киллер привел в действие ненавистный телевизор. Какие уж тут новости – воплями и слезами гремела программа «Через барьер!». Героями на этот раз выступали Джон Кеннеди и целый партер его любовниц, тема передачи была «Все мужики – сво, импо и алко». Присутствующие орали друг на друга так, что ничего не было слышно, а ведущий демонически хохотал, упав в проем между стульями.