Элемент крови

А во-вторых – вернуть обратно в Ад всех персонажей, что сейчас валяются возле костяного алтаря. И если Монро и Клеопатру я бы лично оставил, потому что они кучу земных мужиков осчастливят, то вот Гитлер с Дракулой точно никому не сдались. По ним тут сковородки плачут.

– Ну а как мы туда попадем-то? – не сдавался Малинин. – Вы рассказали, что требуется земля с наших могил, верно? Но на алтаре в Ладыженском такой земли точно нет!

Лежавший между двумя спорщиками связанный доктор Склифосовский начал подавать признаки легкой активности.

Не сговариваясь, каждый из коллег одновременно пнул его ботинком под ребро. Врач отключился, что позволило продолжать дискуссию.

– Да в том-то и дело, что под Ростовом, – понуро признался Малинин. – Как же мы тогда с вами встретимся-то? В Москву небось на паровозе не меньше чем неделю ехать.

– Сейчас паровозы, говорят, куда быстрее ходят, – отрезал Калашников. – Да и на фиг тебе поезд? Полетишь на аэроплане. Кстати, могу тебя порадовать приятной новостью – из могилы ты вылезешь абсолютно голый, одежда сгорает при перемещении.

Разумеется, денег у тебя тоже не будет ни копейки: золото с собой не возьмешь.

– Вот те раз… И куда же я в срамном виде, да еще и без денег? – приуныл Малинин.

– А тебя, унтер, как гимназистку целоваться – всему на свете учить надо? – огрызнулся Калашников. – Дай кому-нибудь несильно по башке в темном переулке, забери бабло, костюм, документы, после чего – сразу на аэродром, сунь полицейскому стольник. Пока тебя хватятся – ты уже в Москве, а дальше – на извозчика и гони к Красной площади.

Там на Васильевском спуске встретимся через пять часов… И давай не опаздывай, как сегодня.

– А вдруг не успею? – засомневался Малинин.

– Это приказ! – заявил Калашников, тем самым отменив возможность дальнейшего обсуждения, и унтер-офицер, вытянувшись, принял стойку «смирно». – Должен успеть.

С улицы раздался скрежет тормозов и шум множества моторов – у подъезда остановилось не меньше десятка автомобилей, в том числе один черный «Ламборджини-дьябло» – в данном случае Шеф не счел нужным скрывать свое присутствие.

Мертвые бабушки на лавочках, забросив привычное вязанье, с интересом разглядывали прибывших, перешептываясь. На крыше соседнего здания блеснули «дальнобойные» линзы – судя по всему, там обосновались вездесущие фотографы бульварных газет или телевизионщики со специальными камерами. Кто-то подскочил к Шефу за автографом, но его смяла охрана.

– Решайся, – настойчиво повторил Калашников.