Элемент крови

Думаешь, приятно становиться тем, кого когда-то ловил? А я ведь и тебе костюмчик прихватил – заявится, думаю, дурак голым на Красную площадь, с него станется.

– Э-э-эх, – тоскливо протянул Малинин, оглядывая светлеющие силуэты деревьев. – Обидно, что толком ничего и не увидели. Столько лет Расея во сне снилась – все думал, как бы на нее, родимую, хоть одним глазком поглядеть… А тут – из леса в Ростове – в постель, оттуда – в ванную, потом – на аэродром… Только в такси по дороге к Васильевскому что-то новое и разглядел.

А ездят в Москве ничуть не лучше, чем у нас в Аду. Пробки на дорогах жуткие, гаишники уроды, и все друг друга матерят.

– Вас как будто все это даже и не удивляет, – пробурчал Малинин. – Так спокойно себя ведете, как будто мы не из Ада, а из Жмеринки в отпуск потусоваться заехали.

– Я, братец, свое отудивлялся, – кратко пояснил Калашников. – Первое время мне лично было крайне изумительно с Иваном Грозным и Леонардо да Винчи в одном автобусе на работу ездить, а потом как-то привык.

Человеку вообще свойственно ко всему привыкать.

– Это верно, – охотно согласился Малинин. – Кстати, видел с месяц назад у Шефа в приемной этого да Винчи. Приходил скандалить – жаловался, спрашивал, нельзя ли что-то с каким-то Дэном Брауном сделать – чуму на него наслать или холеру в крайнем случае. Даже на вирус эбола мужик был согласен – по нему видно, что совсем отчаялся.

– А Шеф чего? – без интереса спросил Калашников.

– Ничего, – развел руками Малинин. – Посмеялся.

Жалко, говорит, тебе, что ли? Щас народ в музеи не ходит, галереи не смотрит – а тут, глядишь, и интерес к твоему творчеству у молодежи проснется. Отрицательная реклама, сказал, она вдвойне реклама.

Калашников, казалось, не слушал его – он мрачно рассматривал что-то впереди.

– А вы домой разве не хотели бы заглянуть, ваш-бродь? – перевел тему Малинин.

– Нет, – пожал плечами Калашников. – Кого я там увижу? Большинство знакомых и родных в гражданскую с голодухи опухло, а кто уцелел, так тот давно уже умер.

Алексей соврал. Он сам чуть не опоздал из-за того, что искал могилу Алевтины на старом кладбище. Не нашел – ни памятника, ни оградки. Рыдал полчаса, как идиот.

Они вышли на поляну, освещенную восходящим солнцем. Малинин дополнительно посветил фонарем в сторону уходящей в холмы тропинки, и его слегка передернуло.

– Вашбродь, тут целая лужа запекшейся крови. Непонятно, чья она. Может, медведь корову задрал? Неуютно мне.