Эльфийский гамбит. Книга 1 (СИ)

Ментальный щит накрыл Флайдина, а я едва успела закрыть глаза. Никто не должен увидеть мой изменяющийся зрачок.

Мощный ментальный удар сотряс щит. Но почему? Флайдин же не давал ей клятву, значит, не связан с матерью! Почему тогда она может атаковать его менталом? Переждав удар, я распахнула глаза и наткнулась на пораженный взгляд Флайдина. Он все так же сидел передо мной на коленях и, подняв голову, смотрел снизу вверх. Казалось, он отказывался верить в то, что сейчас произошло.

— Как ты посмела, дря-я-янь?! — взвизгнула Халисари.

Флайдин встал и развернулся лицом к матери. Откровенно сказать, Халисари выглядела ужасно: красные дергающиеся губы, злые темно-вишневые глаза, алые длинные ногти на скрюченных пальцах. Разъяренная упырица. Я придвинулась поближе к Флаю: от него шло мягкое успокаивающее тепло. За его спиной безопасней. Халисари меня испугала. От такой неадекватной истерички можно ждать чего угодно.

— Что здесь происходит? — ледяной голос великой матери мгновенно заткнул визгливую гарпию.

На поляне появились новые действующие лица: посол дроу и королева. Сзади женщин маячили телохранители. В отчаянии я вцепилась в жилетку Флайдина.

— Повторяю вопрос: что тут происходит? — великая матерь теряла терпение.

— Она, — Халисари указала на меня подрагивающим пальцем, — взяла у моего сына клятву на крови!

— Любопытно, — Шаинари посмотрела на меня, как маг-исследователь на забавную зверушку.

Такой взгляд меня разозлил и придал сил. Я вышла из-за спины жениха и, слегка поклонившись, ответила:

— Флайдин сказал, что у вас принято, чтобы муж приносил жене клятву. Раз соглашение между нашими странами подписано, и наша судьба определена, мы решили, что уже можно приносить клятвы. Разве я сделала что-то не так? Разве у вас муж не клянется жене в верности?

— Клянется, — ласково и даже слегка обозначив улыбку, сказала королева.

У меня от тона ее голоса задрожали колени.

— Ладмила! Добропорядочные девушки не бегают по ночам к мужчинам, даже если это их жених! — на поляну влетел лорд Юстиниан.

— О! Простите великодушно, прекрасные леди, я вас не увидел! — начал расшаркиваться лорд-советник, будто бы и, правда, не сразу заметил королеву с сестрой и посла. — Стар стал, глаза теряют зоркость, а ноги свою прыть.