Эльфийский гамбит. Книга 1 (СИ)

Можешь не волноваться: я никому не сказал и не скажу про артефакт.

— Мало ли, может, не пытали — буркнула я, — а заставили рассказать, шантажируя чем-нибудь.

— Ну, пригрозили убить того, кто тебе дорог.

— У меня нет привязанностей, делающих меня слабым, — с презрением заявил дроу.

Слабым? Получается, он и привязанность к своему отцу считал слабостью? Я едва не сказала это вслух. Ситуация выглядела по-дурацки: сама пришла и теперь стою с закрытыми глазами перед голым мужчиной. Надо заканчивать бесплатное представление.

— Это хорошо, что ты не рассказал никому, — я развернулась к жениху спиной, и открыла глаза. — Мне надо идти.

Присев, я нащупала в углу потайной рычаг, открывающий проход в стене, а потом встала на цыпочки, чтобы надавить на часть декоративной отделки.

— Не боишься показывать мне вход в систему тоннелей? — голос дроу раздался совсем близко. Флайдин подошел ко мне вплотную. Он стоял прямо за моей спиной. Голый.

— Прекрати! — прошипела я, — ты ведешь себя, как дикарь!

— Это еще почему? — искренне удивился мой жених.

— Все нормальные люди, даже когда жарко, спят либо в ночной сорочке, либо в пижаме.

— Хочу напомнить тебе, — Флайдин наклонился к моему уху, от его дыхания по коже пробежали мурашки, — что я — не человек. Мне нечего стесняться своего тела.

— Зато я — человек! Я стесняюсь! — приказав себе не опускать глаза, я повернулась лицом к дроу и замерла.

Он улыбался. Улыбка преобразила его лицо: веселые искорки в глазах, чуть приоткрытые губы.

А ведь он красивый. Как я раньше не замечала этого? Глаза такие большие, не светло-карие, а именно желтые. Пушистые белые ресницы и такие же белые брови. Я всегда была уверена, что черные брови выразительнее, чем светлые, но на серой коже именно белые ресницы и брови смотрелись контрастно и необычно. Какие все-таки они длинные. Леди Миелна за наращивание ресниц отдала магу кругленькую сумму, и все равно они у нее не такие густые. Интересно, а вдруг он тоже нарастил?

Эта глупейшая мысль вывела меня из ступора.

Я сообразила, что уже несколько минут заворожено смотрю на Флайдина, а он в ответ так же пристально рассматривает меня.

— Не понимаю, — вдруг прошептал он. — Тебе тоже нечего стесняться.

С тихим шелестом, наконец, открылась часть стены, и я юркнула в спасительную темноту тайного хода, напоследок кинув взгляд на жениха. Флайдин не был голым, он обмотал бедра простыней и одной рукой придерживал на себе эту драпировку.