Эльфийский яд

Когда я пыталась понять, как могло божество, создавшее этот мир, оторвать от себя кусочек чтобы оставить стража для своего детища тишину кабинета нарушил задумчивый голос Эрика:

— Мне было любопытно — появишься ли ты на банкете, ведь я нарочно не стал говорить, чтобы ты пришла на него.

Оторвавшись от страниц, встретилась взглядом с мужем. Сложилось впечатление, что он уже продолжительное время смотрел на меня — бумаги, недавно бывшие в беспорядке, лежали аккуратной стопкой на краю стола, небольшой поднос с пустой тарелкой и чашкой из-под чая дожидался в уголке, когда его уберут, пока мужчина, положив подбородок на сплетенные пальцы, наблюдал за мной, ожидая ответа.

Хотелось из вредности промолчать, а потом оправдаться тем, что он же не спрашивал, а просто рассуждал. Может это привычка такая иногда размышлять вслух. Вот только время было не самым подходящим для проявления характера. Потому опустив взгляд на желтоватые страницы, так же задумчиво сказала:

— Почему бы и не прийти? Это важный день для нашей страны, — услышав одобрительный хмык со стороны мужа, вновь посмотрела на него и, не удержавшись, с нотками ехидства добавила, — да и не так уж много развлечений у меня во дворце, а тут такая возможность показать всем, что ты не держишь меня в чёрном теле.

И ведь не соврала же. Ради сегодняшнего события даже выбрала традиционное платье этой страны, как раз то, в котором собиралась отправиться на приём прошлым вечером.

Уж это бело-золотое великолепие со шлейфом, полупрозрачной накидкой и богатой вышивкой не даст сказать нашим гостям о моём бедственном положении. Я даже расщедрилась и надела это вычурное украшение подаренное первым мужем. Стараюсь убить двух зайцев: подлизаться к Эрику, а так же сделать всё, чтобы до Светлейшего дошёл слух о том, как хорошо я здесь устроилась. Пусть считает, что я следую плану.

Медленно окинув меня взглядом с ног до головы Эрик, задержавшись на своём подарке, позволил себе улыбнуться.

— Я уже заметил, что порой ты говоришь и делаешь очень правильные вещи, — прозвучала похвала в мой адрес, заставляя мою бровь скептически изогнуться, после чего улыбка мужа превратилась в ухмылку, и он добавил, — а потом словно опомнившись, ты всё портишь.

— И кто в этом виноват? — спросила с сарказмом.