Эпоха мертвых. Прорыв

И все же снова хочется задать вопрос: откуда их столько в городской канализации? Вот этого я вообще не понимаю… Или их сюда специально кто-то сбрасывал, или есть простой вход вниз, по которому они и спускаются. По приставной лестнице мертвяку ни в жизнь не спуститься.

Ладно, что теперь гадать? Не говоря ни слова, я указал рукой в глубь узкого тоннеля, в котором мы сидели. Сергеич кивнул.

– Вась, тыл держи и понемногу за нами двигай, – еле слышно прошептал я, на что Кэмел только кивнул в ответ.

Я пошел первым, старясь как можно дальше отойти от выхода в больший тоннель.

Плюнул на все, снова включил фонари. Все лучше, чем аквариумный свет в окуляре, в который к тому же смотришь одним глазом.

На мертвяка мы наткнулись метров через семьдесят. По трубе звук шагов разносится далеко, слышно было так, словно он рядом, только руку протяни. Это был человек, перемазанный грязью настолько, что невозможно было разглядеть, одет он или нет. Я выстрелил раз, второй, он упал лицом вперед, за ним слышались еще шаги.

– Серега, держи тыл с Васькой, а я дальше прогуляюсь, – прошептал Сергеич.

Я лишь кивнул. Тоннель очень узкий, все равно стрелять только один может, и мертвяки подходить будут тоже по одному, Сергеич справится. А я помогу Ваське проследить, чтобы в тыл не вышли, там ведь морф сзади.

Сергеич ушел, сразу донесся негромкий треск выстрелов. Чуть погодя еще и еще раз.

– Дальше пойду, тоннель без отнорков, – послышалось в наушнике. – Вроде чисто все пока.

– Хорошо. Будь на связи.

Кто-то шаркает о бетонные стены, словно плечами их задевает.

Шаги. Тяжелые такие, не человечьи. Морф увесистый, это я сразу заметил, массы нажрал на пару людей, а то и больше. И как он все видит, сволочь такая, неужели только по звуку?

Снова вспышка визга-хрипа, ударившая по ушам. Я с перепугу чуть оружие не выронил. Но не выронил. А это он, гад такой, пространство перед собой сканирует, на манер летучей мыши. Увидит он свет от наших фонарей? Почует?

Топает-то он как… Рука скользнула к гранатному карману, но Васька вцепился мне в запястье.

Точно, паниковать нельзя, тогда нам точно кранты. Мы уже в это дело так глубоко влезли, что теперь только побеждать. Любым разумным и неразумным способом.

Шаги вдруг замерли. Наступила тишина. Ждешь тяжелого дыхания подсознательно, насмотревшись фильмов о чудовищах, но эта тварюга не дышит, она же мертвая.

«Ну давай, урод, не тяни, топай сюда», – прошептал я, подгоняя невидимую тварь. Я ожидал нового заряда визга, но тварь пошла молча.