Эпоха мёртвых. Москва

Потом тихо-тихо приоткрыли дверь и вошли в бокс даже без обуви, в носках шерстяных, ни единого звука не издав. И он сразу зашевелился.

— Так мы потом и нос заклеили, — добавил Бугаев. — Но, кстати, похоже, что и нюх они пользуют. Наводятся на запах, безусловно. А морфы так и по следу могут пройти не хуже собаки.

— Разлагаются они постоянно или процесс останавливается? — задал я давно мучивший вопрос.

Проверить это в лаборатории у нас времени не хватило, всё накрылось слишком рано. А это, можно сказать, вопрос всех вопросов.

— Хм… — Капитан задумался. — Даже не знаю. В лаборатории спросишь, я как-то и не интересовался. Я всё больше о практической стороне дела.

— Это тоже практическая, — сказал я. — Если разложение продолжается, то они сами развалятся, рано или поздно. Если останавливается, то мы просто получаем какую-то новую форму жизни, которая ещё и доминировать будет.

— М-да… интересно, — задумался он. — Ладно, дальше пошли.

— Ты мне вот что скажи… — спросил я у него, пока он возился с навесным замком на воротах, — «ветераны», которые продвинутые, они понимают, что из клетки добраться до добычи не могут?

— Ещё как! — оживился Бугаев.

Я оглянулся на уже прополоскавшуюся Татьяну, но та просто махнула мне рукой, мол, «иди дальше сам, я на крылечке посижу».

— А здесь у вас что? — спросил я, когда мы зашли во второй бокс.

Спросил просто так, на самом деле, потому что в клетках были мёртвые животные. Преимущественно собаки, но нашлась и свинья, к моему удивлению. А дальняя стена вся сплошь уставлена была клетками с мёртвыми крысами.

— Во блин, некрозоологи… — восхитился я. — И кто у вас главный собаколов?

— Издеваешься? — скривился Бугаев. — Моя же команда. Противотеррористический центр Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации, мля.

— Ага… прям маршал, — съехидничал я и чуть не схлопотал подзатыльник.

— Командир приказал — я под козырек, — добавил капитан. — Наше дело телячье: обгадился — жди, когда подмоют.

— А с этими тварюгами что за опыты? — спросил я, переводя беседу в деловое русло.

— Ну, морфов наши научники выращивают, — ответил капитан. — В последнем боксе сидят, в двойных клетках.