Эпоха мёртвых. Начало

Эх, ещё бы и навалять ей было неплохо, террористке сопливой…

— Если ты способна защищать себя, то кто-то из нас не должен всё время защищать тебя, — сказал я между тем. — Не один, а два дополнительных человека в отряде получаются. Если умеешь драться ты, то сама сможешь защитить кого-нибудь.

— Можно не защищать меня.

Это уже из гордости. Сказала, чтобы хоть что-то сказать. Можно подумать, что я этой фразы не ожидал.

— А вот это называется демагогией, — хмыкнул я. — Ты можешь представить картину, когда тебя будут мертвецы жрать живьём у нас на глазах, а мы не вмешаемся? Можешь? Ответь честно.

— Нет, не могу, — глядя в землю, ответила она.

— А значит, мы будем тебя защищать и беречь, хочешь ты этого или нет, — сказал я жёстко. — А если ты научишься хоть чему-то, то тогда сама сможешь кого-то защищать и беречь, хотя бы саму себя, для начала. У меня не было семьи с детства, вы её заменили мне. И я защищаю сейчас свою семью, не чью-нибудь ещё. И не мешай мне это делать, я тебя очень прошу. Если за тобой вина, искупай её делом, а не принятием схимы.

Обещай мне, пожалуйста, что до того, как мы доберёмся до Горького-16, ты будешь делать то, что следует делать. Будешь учиться драться, будешь помогать всем вокруг, чем можешь. А что будет потом — ты решишь потом, меня это не касается.

— Чем я могу помочь? — сделала она удивлённое лицо. — Анька мне фору даст в чём угодно, она сильнее меня в тысячу раз! Она спортсменка, а я…

— Это не проблема, иногда важна не только сила! — перебил я её. — Например, с собакой так, как ты, никто не управляется.

Она вообще только тебя по-настоящему слушается.

— А то, что пса надо учить нас охранять, — продолжал я. — Если Мишка начнёт предупреждать об опасности, то мы сможем защитить себя в любом месте и в любое время. Поможешь нам хотя бы в этом?

Ксения посмотрела куда-то вдаль, над верхушками постепенно погружающегося в сумерки леса за забором, кивнула:

— Тогда иди сейчас в баню, а если тебя гложет вина, то попроси всех остальных отлупить тебя вениками по мягкому месту.

Это поможет.

— Ага, сейчас! — возмутилась она.

— Вот видишь, первая здоровая эмоция, — ухмыльнулся я. — Считай, что за свои ошибки ты будешь платить тем, что подчиняешься моим командам по-солдатски, без возражений и рассуждений. Понятно?

— А ночью пойдём покараулим вместе, — закончил я свою речь. — Начну тебя учить понемногу всяким полезным вещам. Всё! Бегом марш переодеваться!

Вот так. К делу её, причём такому, где ответственность за других.