Эпоха мёртвых. Начало

Брызнуло щепой из ламинатной облицовки стены, два тела дровами повалились друг на друга, напомнив Валере Артёма с напарником — те тоже так свалились. В воздухе повисло прозрачное облако пороховых газов, едко пахнущих, но быстро вытягиваемых в вентиляцию. И наступила звенящая, обалдевшая тишина. Слышно было, как переступила по плитке мокрыми ступнями одна из девок.

— Ну, и чего их бояться? — вдруг спросил Валера, обернувшись. — Говорил же, что не страшные. А вы, дуры, не верили.

Звук его голоса словно в церкви заутреню поломал — настолько странно он прозвучал сейчас, над трупами.

Девки замерли, глядя на трупы сумасшедшими глазами. Очухалась первой всё та же Любаня, закрывшая рот руками и сказавшая сквозь пальцы:

— Ой… и куда же мне теперь?

— Глухая, что ли? — удивился Валера и неожиданно рыгнул, не удержавшись. — В двадцатый раз говорю: со мной останешься. Плохо тебе, что ли? Ты до своего Хохлостана теперь всё одно не доберёшься, сгинешь, а так, считай, замуж вышла.

— Да ну, так уж и замуж, — растягивая гласные, протянула она в полном обалдении.

 — Ты тоже скажешь…

— А чем не жених? — подбоченился Валера, выводя девок из комнаты с трупами. — Сейчас и свадьбы сыграем. Со всеми по очереди, чтобы не мелочиться.

— Во-во, кто с кем успеет, до полного кворума, — подтвердил Самбист, убрав «стечкина» обратно в шкаф.

Затем он подошёл к двери из сауны и крикнул в пространство:

— Васька! Петро! Бегом сюда, тут убраться надо! И водки ещё тащите!

— Та я бегом! — донеслось откуда-то из глубины здания.

Тем временем Валера включил караоке, набрал нужный код, выловив его из книги, облапил Любаню от всей души, в очередной раз отметив, насколько отличаются её тугие украинские стати от его целлюлитной Ксюши, и сказал:

— Ты откуда? С Полтавы? Ну давай тогда нашу свадьбишную споём!

И уже со второй строки Любаня подхватила мотив, душевно и радостно, словно ничего и не случилось. Хорошо подхватила, голосисто, сразу перебив неумелое пение Валерки, попутно ещё и водку разливавшего по рюмкам, уже по пяти.

А вскоре мимо них пронесли убитого Диму, при этом мужик, державший его за руки, покрикивал на второго: «Аккуратней, я сказал, тут у него с башки чё-то вываливается!». А тем временем к хору присоединился Вовка, а следом за ним и остальные девки, запевая:

24 марта, суббота, утро

Мобильная связь исчезала регулярно, а дозвониться тому самому Палычу даже в моменты её просветления не удавалось — сеть была перегружена.