Эпоха мёртвых. Начало

Рефлексы уже давно опережали мысли, и я вновь начал соображать после того, как мой указательный палец утопил спуск и «укорот» плюнул в тварь очередью, рванув плоть на её боку без всякой пользы. Существо даже не обернулось, а смотрело на укрывшуюся за бортом «Патруля» Татьяну, тоже выпустившую в него очередь из автомата. Тварь прижалась к земле и покачнулась от сильного удара — дважды грохнул дробовик с улицы.

«Суставы!» — осенило меня. До тварюги метров семь, выгнутые назад суставы двух её конечностей выставлены передо мной, как мишени в тире.

Не может быть, чтобы они ей были не нужны! И я, ничтоже сумняшеся, открыл пальбу частыми короткими очередями по конечностям, норовя удерживать на них светящуюся точку прицела. Справа от меня звонко затарахтел «Кипарис», треснул сухой очередью АКС Сергеича.

Даже по закону больших чисел это не могло пройти для морфа бесследно — шесть стволов с двух сторон, почти в упор. Брызнуло рваной плотью, тварь завалилась набок на подогнувшихся ногах, задёргалась на земле с каким-то хлюпающим звуком, брызгая грязью и кровью.

Я сменил магазин, перекинув «спарку», и снова открыл огонь, норовя попадать в повернувшийся к нам позвоночник и в то, что я счёл затылком существа.

Хоть и неспособная нападать, тварь ещё долго дёргалась на земле, не в силах подохнуть, пока Лёха не догадался выстрелить ей в какой-то бугор между уродливых лопаток, после чего движение прекратилось.

— Проверьте! — крикнул я Лёхе, а сам сиганул в смотровую яму, где вяло шевелился завгар, — Палыч, ты как? Не ушибся?

— А ты как думаешь? — прокряхтел тот, с трудом поднимаясь.

 — Но вроде не сломал ничего.

Я выдернул из нарукавного кармана ИПП, надорвал оболочку, кинул пакет Палычу, сказав:

— Ты лоб рассадил, промокни.

И с этим вымахнул из ямы, потому что на улице снова начиналась какая-то суета и шум. Убитая тварюга так и валялась в грязи, но народ толпился возле машин, глядя на административный корпус и на что-то показывая руками.

— Что там? — спросил я у Лёхи, подбегая.

— Ещё один такой же, — ответил он, показав на убитого морфа.

 — В подъезде укрылся.

Лёха уже расположился на капоте с «Тигром», приложившись к оптическому прицелу. Я тоже закинул «укорот» за спину, вытащил из кабины карабин, откинул сошки. Действительно, в кружке прицела было видно какое-то шевеление, но что именно там происходит, непонятно, слишком темно. Расстояние метров сто, не меньше, внутренний двор унитарного предприятия «Каналстрой» был просторным, и это было нам сейчас на руку.