Эпоха мёртвых. Прорыв

– Леха, Вася, спим четыре часа, затем выдвигаемся. Лохматый камуфляж, сухпай на три дня, Леха – снайперку, всем пистолеты с глушителями, каждый несет «монку» и ОЗМ. Я прихвачу еще «Муху». И будьте готовы волочь все ту пиротехнику, которую я сочту необходимым взять.

Перед тем как завалиться спать, я покопался в нашем ящике с пиротехникой, полученной в «Пламени». Есть целая куча тротила. Есть пластит. Есть средства взрывания, причем самые разные, с этим у нас все нормально. Есть мины. Немало, если есть фантазия и знаешь местность.

Фантазия есть, а вот местность я пока не видел. Разведаем – и что-нибудь придумаем.

Разговор с Пасечником оказался неожиданно интересным. Бурко лишь изложил «пожелания» ученых по поводу выделения им жертв для опытов из числа хомо сапиенс, как тот сразу сказал:

– Троих пусть забирают. Людоедов.

– Кого? – опешил Бурко.

– Каннибалов, если угодно, – усмехнулся Пасечник. – Не доложили, что ли?

– Нет. У нас, видать, начальством манкировать стали. Не сочли необходимым.

– Мои с салеевскими возле деревни Тутань накрыли базу каннибалов.

Думали, просто беспредельщики, а оказалось, что какой-то монах бывший и с ним десятка два последователей. Питались человечиной. Отбивались как бешеные, монашек сам себя сжег даже, но троих взяли живыми.

– И что? – совсем опешив, переспросил Бурко. – Голодали они там, что ли?

– Да нет, не голодали, – покачал головой генерал. – Еды хватало, там и скот у них, и все остальное. Монашек апокалиптическую секту сбил из дебилов этих, мол, кто человечину ясти начнет, тот обретет силу и скорость морфов.

– Вот так. И, что самое интересное, есть подозрение, что в этом какая-то доля правды есть.

– В смысле? – спросил совершенно обалдевший Главный.

– В смысле того, что пленные – два мужичка не пойми каких, не служили и не спортсмены, и девка-наркоманка. А скрутить их и у моих бойцов проблема. И морды какие-то стали… не такие. Вроде и людские, но черт его знает, дальше уже мистика начинается.

– Так… тем более интересно, – задумался Бурко.

 – Думаю, что на опыты их уже нельзя. Точнее, можно, но на другие, я с Домбровским переговорю. А еще есть кто, кого не жалко?

– Да сидят несколько разных, но их на шахту планировали. Там рабочие руки нужны.

– Подождет шахта, давайте четверых научникам, для опытов.

– Как скажете, – пожал плечами Пасечник.

Поговорили и о делах других, после чего Бурко отправился к себе. Диск, что ему записали научники, смотрел уже на следующий день, перед сном, да и то не весь.