Эра негодяев

То есть 'завтра' у этой страны тоже не будет. Печально…

Эх, увидеть бы Герди! Хоть бы одним глазком, хоть бы на секунду. Интересно, какой она сейчас стала? Повзрослела, заматерела… Сколько ей сейчас? Пятнадцатого мая у нее день рождения, она у нас шестьдесят девятого года — стало быть, через месяц с небольшим ей уже тридцать исполнится. Большая уже!

Не прав я был, Герди. Никогда не было, нет, и, надеюсь, не будет времени Торговцев. Всегда было и всегда будет время Солдат. Просто торговцы сегодня захватили власть, средства массовой информации; тихой сапой влезли в умы, в чувства людей — и врут, врут, врут.

Безостановочно и непрерывно — о том, что обман — это хорошо, что подлость — это 'умение жить', что предательство — всего лишь 'изменение жизненных приоритетов'. Что разврат — это 'свобода сексуальных отношений', а всякие грязные извращения, вроде педофилии — всего лишь 'способ самовыражения'. Что честь, доблесть, благородство — безнадежно устаревшие понятия, верность Отечеству смешна, да и вообще — нет никакого Отечества. Где тепло — там и Родина! Они извергают кубические километры, мегатонны лжи — потому что иначе им не удержаться. Они покупают тех, кто продается, и запугивают тех, кто боится — но никогда и ничего они не смогут сделать с теми, кто переступил свой страх, с теми, кто не меряет жизнь на сумму прописью. Они пытаются убедить нас, что наше время — это время торговцев, что наступила, наконец, столь желанная ими Эра негодяев — но сами прекрасно понимают, что это лишь ловкий обман, трюк, пустая и дутая иллюзия. Очень скоро этот дутый пузырь лопнет — и я, моя солнечная, моя любимая Герди, сделаю все, что в моих силах, чтобы это произошло как можно быстрей.

Ты была права, моя маленькая верная Герди! Тогда, в девяносто втором, впереди у нас было Время Негодяев — и не все из наших с тобой знакомых его пережили; многие, перестав быть людьми, превратились в машины для зарабатывания денег — и их уже не спасти. Мне стыдно сейчас об этом говорить, но ведь я тоже тогда поддался этим соблазнам — как ты меня, наверное, презирала в глубине души!

Но мне не стыдно сегодня смотреть в твои глаза — потому что я больше не торговец.

Миллион лет прошло с того времени, как я снова стал Солдатом. И не только я — нас с каждым днем становится все больше и больше. Потому что приходит время, и каждый мужчина, отложив в сторону все свои дела — молча берет в руки винтовку. Ибо время разговоров, время лжи, Эра негодяев — заканчивается; и наступает Время Оружия.