Эрагон

 – Для этого пришлось бы пересечь почти всю территорию Империи, обходя при этом стороной каждое селение. Вряд ли мы сумели бы добраться туда незамеченными.

– Неужели ты хочешь попробовать пересечь пустыню? – спросил Муртаг.

– Я не вижу иного выбора. Кроме того, в этом случае мы гораздо быстрее сможем покинуть пределы Империи. Раззаки на своих крылатых скакунах, наверное, уже через пару дней будут в Гиллиде, так что времени у нас осталось немного.

– Но они смогут нагнать нас и в пустыне, – сказал Муртаг. – От такой погони вообще очень трудно уйти.

Эрагон погладил теплый бок Сапфиры, чувствуя, какой твердой стала ее чешуя.

– Да, но лишь в том случае, если они обнаружат наш след, – задумчиво промолвил он. – А для этого им придется далеко оторваться от остальных наших преследователей, так что, если дело дойдет до драки, то, мне кажется, мы втроем сумеем дать им должный отпор… Если, конечно, не попадем в засаду – как тогда мы с Бромом.

– Но если нам удастся более или менее спокойно пересечь пустыню Хадарак, – спросил Муртаг, – то куда ты намерен двигаться дальше? В тех краях, насколько я знаю, не так уж много городов и селений.

Если они вообще там есть. Да и сама пустыня очень опасна. Ты хоть что-нибудь о ней знаешь?

– Только то, что там очень жарко, сухо и полно песка, – признался Эрагон.

– В общем, так оно и есть, – усмехнулся Муртаг. – А еще там полно ядовитых змей и скорпионов, а также не менее ядовитых растений – остальные же совершенно несъедобны. Да и солнце там тоже ядовитое, безжалостное.

Ты помнишь ту огромную равнину, которую мы миновали по пути в Гиллид?

– Помню, конечно, я и до этого там бывал – с Бромом.

– В таком случае ты должен представлять себе, что такое беспредельность. А ведь эта равнина находится в самом сердце Империи, тогда как пустыня Хадарак – почти за ее пределами, и она раза в два, а то и в три больше! И эту пустыню ты предлагаешь нам пересечь?

Эрагон попытался представить столь бескрайнее пространство, но не сумел и вытащил из седельной сумки карту Алагейзии.

Пергамент пахнул пылью. Расстелив карту на земле, Эрагон долго ее рассматривал, удивленно качая головой.

– Теперь я понимаю, почему Империя кончается там, где начинается пустыня Хадарак, – сказал он. – У Гальбаторикса просто руки коротки, чтобы туда дотянуться!

Муртаг провел рукой по карте и сказал:

– Вот смотри: все земли, что лежат к востоку от пустыни и выглядят на этой карте, как сплошное белое пятно, во времена Всадников также принадлежали Алагейзии.