Эрагон

Не упорствуй же без нужды. Не осложняй свое положение – ведь всех этих неприятностей легко можно избежать.

Муртаг отрицательно покачал головой:

– Нет… Я не позволю вторгаться в мои мысли. Ведь даже если б я подчинился твоему требованию, со мной все равно обращались бы как с прокаженным или с изгоем. Лучше просто отпусти меня. Клянусь, что никогда и никому не расскажу о вашем убежище.

– А если тебя поймают и приведут к Гальбаториксу? – спросил Аджихад. – Уж он-то сумеет извлечь из твоей памяти все тайны и секреты, как бы ты ни сопротивлялся! А если тебе и удастся что-то от него утаить, я не могу быть полностью уверен в том, что когда-нибудь ты не примкнешь к нему снова.

Нет, на такой риск я не пойду!

– Значит, будешь вечно держать меня пленником? – прямо спросил его Муртаг.

– Зачем же вечно. Только до тех пор, пока ты не согласишься пройти проверку. Если мы решим, что тебе можно доверять, Двойники перед твоим отъездом отсюда сотрут из твоей памяти все воспоминания о том, где находится Фартхен Дур – просто на всякий случай.

Пойми, рисковать мы не можем. Короче говоря, решай быстрее, Муртаг, иначе судьба твоя будет решена без твоего участия!

Покорись! Не стоит им сопротивляться! – взглядом умолял товарища Эрагон.

Муртаг долго молчал. Потом наконец заговорил, медленно и четко произнося каждое слово:

– Память всегда служила мне единственным убежищем, которого никто не мог меня лишить. Хотя многие и пытались. Так что пришлось научиться тщательно оберегать свои мысли, ибо только с ними я чувствую себя действительно в безопасности.

Ты требуешь у меня невыполнимого, господин мой. Я никогда никого не впущу в свою душу – и уж тем более эту парочку. – Он мотнул подбородком в сторону Двойников. – Делай со мной что хочешь, но помни: я скорее умру, чем позволю им вторгнуться в мою память!

Аджихад явно не сумел скрыть невольное восхищение его стойкостью и гордым достоинством.

– Что ж, меня не удивляет твой выбор, хоть я и надеялся на иное… Стража!

Кипарисовая дверь распахнулась, и в комнату ворвались воины с оружием наготове.

Аджихад указал на Муртага и распорядился:

– Запереть его в темнице! Да хорошенько проверьте замки! И у входа пусть шестеро дежурят. Смотрите, чтобы никто туда не входил, пока я сам его не навещу! И не разговаривать с ним!

Воины окружили Муртага, подозрительно на него поглядывая, и Эрагон, перехватив его взгляд, прошептал:

– Мне очень жаль, что так вышло…

В ответ Муртаг только пожал плечами и решительно двинулся к двери.