Эрагон

Ведь у варденов и эльфов наверняка есть в отношении меня определенные планы, но что, если мне самому они придутся не по душе? – довольно резким тоном сказал Эрагон. – Я готов сражаться, если нужно, и пировать, когда наступит время пиров, и горевать, когда обрушится беда, и даже умереть, когда наступит мой смертный час, но я никому не позволю использовать меня против моей воли, точно пешку в чужой игре! – Он помолчал, давая собеседнику возможность вникнуть в смысл сказанных им слов. – В старину Всадники считались судьями справедливости, и народ всегда почитал их больше всех своих вождей.

Я не претендую на такое уважение, и я совсем не уверен, что людям захочется мириться с очередным «надзирателем» – особенно тем, кто всю жизнь считал себя свободным человеком. Да и молод я слишком, чтобы другими командовать. Но кое-какой силой я действительно обладаю и намерен ею воспользоваться так, как сочту необходимым. И все же я хотел бы знать, каковы твои планы на мой счет, и решить для себя, согласиться с этими планами или нет.

Аджихад искоса на него глянул и медленно процедил сквозь зубы:

– Не будь ты Всадником, а сидел бы на моем месте кто-то другой, тебя, скорее всего, уже убили бы за столь наглые речи! С чего ты взял, например, что я раскрою тебе свои планы по первому же твоему требованию? (Эрагон вспыхнул, но глаз не опустил.) Однако ты прав: твое положение дает тебе определенные привилегии. Но тебе никак не избежать политических интриг – на тебя так или иначе будут оказывать давление, и мне бы тоже не хотелось, чтобы ты превратился в простую пешку в чужой игре, как ты только что сам сказал, или в заложника той или иной идеи.

Тебе следует сохранять определенную свободу маневра и выбора, поскольку именно в этом твоя истинная сила и власть, и эта свобода не должна зависеть от воли какого-то правителя. Моя же власть над тобой весьма ограниченна, но я считаю, что это только к лучшему. Главное – заставить других властителей при составлении своих расчетов учитывать твою волю и твои устремления.

Кроме того, ты должен учесть: люди здесь кое-чего от тебя ждут и будут досаждать тебе своими проблемами, требуя, чтобы ты их разрешил. – Аджихад наклонился ближе к нему и заговорил очень серьезно. – И я думаю, во многих случаях от твоего решения будет зависеть чье-то будущее, а одно твое слово порой сможет вознести человека к счастью или бросить его в пучину отчаяния.