Эрагон. Книги 1-4

Они всегда со мной. Они заставляют меня смеяться и плакать, они помогли мне отыскать смысл жизни!

— Звучит многообещающе, — признал Эрагон.

— Ты ведь по-прежнему занимаешься своими исследованиями? — спросил Джоада Бром.

— Уже нет, пожалуй. Боюсь, я превратился в обыкновенного библиофила.

— В кого? — переспросил Эрагон.

— В человека, который любит книги, — пояснил Джоад, и они снова о чем-то заговорили с Бромом, не обращая на Эрагона внимания. Тот, немного обидевшись, принялся рассматривать книги, стоявшие на полках.

Одна из них — в изящном переплёте, украшенном золотыми заклёпками, — привлекла его внимание. Он снял её с полки и внимательно осмотрел.

Переплёт был из чёрной кожи, и на нем были вытиснены загадочные руны. Эрагон даже погладил книгу, так хороша была её гладкая прохладная поверхность. Текст, написанный от руки красными блестящими чернилами, ровным счётом ничего ему не говорил, и он бездумно перелистывал страницы, пока его внимание не привлекла какая-то колонка слов или знаков, вынесенная на поля.

Слова в колонке выглядели непривычно длинными и какими-то текучими, точно цепочка гор с острыми вершинами.

Эрагон показал книгу Брому и спросил, ткнув пальцем в странные слова:

Бром поднёс книгу к глазам и, удивлённо подняв брови, воскликнул:

— А ты, Джоад, оказывается, значительно пополнил свою библиотеку! И где ты только её раздобыл? Я её сто лет не видел!

Джоад, вытянув шею, вгляделся в раскрытую страницу.

— Да-да, это «Домиа абр вирда», «Господство Судьбы». Несколько лет назад какой-то человек, нездешний, пытался продать её в порту одному книготорговцу.

К счастью, я случайно оказался в этой лавке и сумел спасти не только книгу, но и голову этого несчастного, который понятия не имел, что держит в руках.

— Однако странно, Эрагон, что ты из всех выбрал именно эту книгу… — задумчиво промолвил Бром. — «Господство Судьбы»… Возможно, это самая ценная вещь в доме. Видишь ли, эта книга — самая подробная и полная история Алагейзии с тех времён, когда даже эльфы ещё не успели высадиться на её побережье, и до относительно недавнего периода.

Это очень редкая книга и самая лучшая из всех работ по истории, какие я знаю. Когда она была написана, Империя тут же отправила её автора, монаха Хесланта, на костёр. Я и не надеялся, что в Алагейзии сохранились какие-то её экземпляры. А те слова, о которых ты спрашивал, написаны старинными буквами и принадлежат древнему языку.

— И что же в них говорится? — спросил Эрагон.