Эрагон. Книги 1-4

Большинство, правда, склоняется в её пользу. Но мне очень хотелось бы знать, какова твоя позиция по этому вопросу, Эрагон, прежде чем я поддержу тех или других. Мне, королю, хуже всего было бы попасть впросак.

«Много ли можно сказать ему?» — быстро спросил Эрагон у Сапфиры.

«С нами он всегда был честен и справедлив, но откуда нам знать, что он мог пообещать своим подданным? Лучше проявить осторожность. Пусть Насуада сперва действительно возьмёт власть в свои руки».

И Эрагон, внутренне согласившись с нею, сказал Хротгару:

— Мы с Сапфирой согласились помогать Насуаде и не станем противодействовать её избранию.

(«Интересно, — подумал Эрагон, — не слишком ли много я уже сказал?») И я очень прошу тебя, господин мой, тоже поддержать её; нельзя допустить, чтобы среди варденов возникли распри; сейчас единство необходимо им, как никогда.

— Да, ты прав, — промолвил Хротгар, откидываясь на спинку трона. — И в твоих словах мне слышатся новая мудрость и новое достоинство. Я согласен с тобой, однако твоя просьба вызывает у меня один вопрос: как ты думаешь, достаточно ли Насуада мудра для того, чтобы стать предводительницей варденов, или же для подобного выбора существуют иные мотивы?

«Это проверка, — предупредила Сапфира.

 — Он хочет знать, почему мы поддержали её». Эрагон невольно улыбнулся:

— Да, по-моему, она мудра не по годам и весьма отважна. Она станет хорошей предводительницей.

— Так вы по этой причине её поддерживаете?

— Да, именно по этой.

Хротгар, с облегчением вздохнув, тряхнул своей длинной белоснежной бородой и сказал:

— Меня радуют твои слова.

В последнее время слишком мало ценится то, что хорошо и правильно, и слишком высоко то, что даёт власть над другими. Трудно видеть, как это глупо порой, и не прийти от этого в ярость.

Некоторое время в тронном зале царила полная тишина; все вокруг точно застыло, и, чтобы нарушить столь неприятную паузу, Эрагон спросил:

— А что будет с «убежищем драконов»? Его восстановят?

Глаза Хротгара стали столь печальными, что Эрагон испугался: он ещё никогда не видел ни одного гнома на грани слез.

Морщины разом проступили на лице короля.

— Нам придётся многое обсудить, прежде чем решиться что-либо предпринимать там. Сапфира и Арья совершили страшное деяние. Возможно, необходимое, но поистине ужасное! Ах, порой мне кажется, что лучше бы нас захватили ургалы, только бы уцелел Исидар Митрим! Ведь разбито самое сердце Тронжхайма, да и наши сердца тоже разбиты.