Эрагон. Книги 1-4

Паланкар — очень древняя долина, и она не всегда принадлежала людям.

Эрагон нахмурился и стал жадно пить чай, хотя он был ещё настолько горяч, что обжигал горло. «Неправда это! — сердито думал он. — Мой дом здесь, кем бы ни был мой отец!»

— А что случилось с гномами, когда Всадники были уничтожены? — спросил он.

— Этого по-настоящему не знает никто. Гномы сперва сражались плечом к плечу со Всадниками, но, когда стало ясно, что Гальбаторикс явно одерживает победу, они запечатали все известные входы в свои туннели и исчезли под землёй.

Насколько мне известно, с тех пор никто ни одного гнома не видел.

— А драконы? — снова спросил Эрагон. — С ними-то что произошло? Их-то наверняка невозможно было всех уничтожить!

Бром грустно вздохнул:

— Самая большая загадка Алагейзии — это вопрос о том, сколько драконов осталось в живых после резни, устроенной Гальбаториксом. Известно, что он пощадил тех Всадников, которые перешли на его сторону. Но лишь драконы Проклятых согласились помогать Гальбаториксу в осуществлении его безумных планов.

И если кто-то из драконов, не считая Шрюкна и ему подобных тварей, ещё жив, то прячется, чтобы его не смогли обнаружить слуги Империи.

«Интересно, откуда же тогда взялся мой дракон?» — подумал Эрагон. А вслух спросил:

— А ургалы жили в Алагейзии, когда сюда пришли эльфы?

— Нет, ургалы переплыли море следом за эльфами, точно клещи, жаждущие крови. Битвы с ними и послужили причиной того, что Всадников стали особенно ценить за отвагу в бою и способность сохранять мир на земле.

Знать историю своей страны вообще очень важно. Жаль, что наш король столь болезненно воспринимает исторические факты… — Казалось, Бром, забыв об Эрагоне, разговаривает сам с собой.

— Да, это очень интересно. И когда ты рассказывал эту историю в прошлый раз… — начал было Эрагон.

— Историю? — взревел Бром, гневно сверкая глазами. — Если это всего лишь «история», то слухи о моей смерти — сущая правда, а ты в данный момент разговариваешь с привидением! Уважай прошлое, мальчик! Никогда не знаешь, как прошлое может сказаться на твоей судьбе.

Эрагон весь съёжился, выжидая, пока Бром хоть немного успокоится, а потом всетаки задал ещё один вопрос:

— Скажи, драконы очень большие?

Тонкое пёрышко дыма взвилось над головой Брома, подобно маленькому смерчу.

— Большие ли? Больше этого дома! Даже у самых мелких размах крыльев достигал ста футов. И драконы никогда не перестают расти.