Эрагон. Книги 1-4

Глаза у Эрагона щипало, ресницы все ещё были влажны от слез: прощание с Аджихадом глубоко потрясло его, но, несмотря на глубокую печаль, им все сильнее овладевала тревога. Его беспокоила собственная роль в грядущих событиях: ведь даже при самом благоприятном исходе у них с Сапфирой все равно появятся противники, и весьма могущественные. Он невольно стиснул рукоять Заррока.

Через несколько минут амфитеатр наконец был заполнен, и на возвышение в центре поднялся Джормундур.

— Вардены! В последний раз мы собирались здесь пятнадцать лет назад, когда умер Дейнор.

Став его наследником, Аджихад сделал самый большой вклад в дело борьбы с Империей и Гальбаториксом. Он выходил победителем во многих сражениях, когда силы противника значительно превосходили его собственные, а однажды чуть не убил шейда Дурзу, оставив на его клинке заметную зазубрину. Но самое главное — он с радостью и готовностью принял в наши ряды Всадника Эрагона и его Сапфиру. И вот теперь нам приходится выбирать нового предводителя, и мы надеемся, что с его помощью мы сумеем одержать ещё немало славных побед!

Кто-то из верхних рядов выкрикнул:

Эрагон постарался ничем не выдать своих чувств — хорошо ещё, что и Джормундур сохранил полное спокойствие и ответил:

— Возможно, это когда-нибудь и случится, но не сейчас.

Сейчас у Эрагона совсем иные задачи и обязанности. Совет Старейшин долго думал над этим, и мы решили: нам нужен тот, кто хорошо знает и понимает наши нужды и потребности, кто жил и страдал с нами вместе, кто никогда не дрогнет и не покинет поля боя, какая бы угроза ни нависла над нами.

И Эрагон даже не услышал, а ощутил поднявшуюся в зале волну понимания и превратившуюся в одно-единственное слово, которое еле слышно шептали тысячи уст. Наконец его громко произнёс и сам Джормундур:

Он с поклоном отступил в сторону, и на возвышение поднялась Арья.

Оглядев зал, она спокойно и уверенно произнесла:

Следом за Арьей на возвышение поднялся Хротгар и ворчливым тоном заявил:

— Я тоже поддерживаю Насуаду.

Могу заверить вас, что и все наши Дома высказались в её поддержку. — Больше король гномов ничего не прибавил и отошёл в сторону.

Наступила очередь Эрагона. Выйдя в центр зала, он увидел, что взгляды всех так и впились в него и Сапфиру, а потому сумел сказать лишь:

— Мы с Сапфирой тоже за Насуаду.

Дракониха поддержала его одобрительным рычанием, и они уступили место следующему оратору.