Онлайн-библиотека книг
Отправим ее в канцелярию генерал-губернатора для опознания. Если подтвердится, что это Золотой Лю, то получишь, Аленин, за него награду в тысячу рублей. Да и генерал-губернатор Корф поменьше зверствовать будет! – Ротмистр посмотрел на бегущего к сборной избе почтового работника и продолжил: – О трофеях позже поговорим. А теперь пойдемте к надворному советнику Мейстеру. Похоже, Алексей Викентьевич получил ответ по телеграфу из Хабаровки.
Ротмистр с атаманом и Шохиревым пошли к крыльцу, на котором господин Мейстер читал телеграмму, а я, положив голову хунхуза в мешок, собрал и сложил туда же отрубленные уши.
Часа через два домой пришел Селеверстов с Шохиревым и позвали меня в горницу."
"– Ну, Тимоха, ты, млять, даешь! – Атаман Селеверстов, сев на стул, стукнул кулаком по столу. – Ты чего нам вчера про свои доказательства не сказал?
– Да забыл я!
– Хе-хе, варвар, скиф, зверь, вандал и еще кто-то там! – вступил в разговор Митяй Широкий.
– Значит, так, Тимоха, – прервал смех вахмистра Селеверстов. – По указанию генерал-губернатора назначена экспедиция для проверки лагеря хунхузов и их поимки. Старшим назначен надворный советник Мейстер.
– Дядька Петро, а он кто такой?
– Он, Тимоха, очень большой чин, целый заместитель начальника Зейского горно-полицейского округа. Чуть ли не к государю вхож, по слухам. Здесь сопровождает с горной стражей два парохода, на которых драгу на царский золотой прииск везут. Механизм такой. А ротмистр Печенкин с полусотней эти пароходы по берегу охраняет.
– В общем, в поход идет полусотня Печенкина, исправник и двадцать горных стражников, и я с десятком казаков, – сказал вахмистр Шохирев.
Я рассказал все Шохиреву, а потом еще и отцу Лешего, казаку Михаилу Лескову. Показал кроки, перерисовал их, отдав Шохиреву, отметил овраг, где спрятали лошадей, и места возможных засад. На это Шохирев и Лесков поулыбались, а Лесков-старший пробормотал под нос: «Яйца курицу учат».
Ближе к полудню большой отряд казаков и горных стражников вышел в поход, а станица зажила своей жизнью.
