Ермак

Достаточно быстро первый варнак из конной цепочки достиг середины распадка, а пешая пятерка уже готова была войти в лес. В этот момент прозвучала команда Шохирева: «Стреляй!»

Находясь на левом фланге нашей засады, я уже пару минут держал на мушке одного из пятерки пеших бандитов. Услышав команду, мягко потянул спуск. Один готов. Сто пятьдесят метров для меня идеальное для стрельбы расстояние. Быстрая перезарядка. Ищу глазами вторую цель. А хунхузы молодцы. Быстро сориентировались. Оставшиеся четыре бандита залегли за камни и целились в нашу сторону.

«Это что же, кроме меня никто по этой пятерке не попал? – подумал я. – Смотреть вправо от себя нет времени. Так, вот она, цель! Спрятался, говоришь, за большой валун, но голова и правое плечо мне видны».

Выстрел. Минус два. В этот момент пуля ударила в камень моей амбразуры и с визгом ушла рикошетом.

Перезарядка и смена позиции. Посмотрел, как дела у остальных. Очень неплохо! Из тридцати конных хунхузов отстреливался дай боже десяток. Остальные лежали на камнях бесформенными кучками.

Заполз в запасную лежку и стал искать того бандита-снайпера, который заставил меня покинуть прежнюю позицию. Выстрел и визг рикошета от амбразуры моей прежней лежки. Нашел. Между двух валунов. Молодец, китаеза, наверняка отличный охотник.

«Высунулся, целишься. Ну-ну. До свидания». Я мягко выбрал ход спускового крючка. Выстрел, минус три. Оставшиеся двое из пеших хунхузов, которых обстреливали Лис и Шах, не выдержали и побежали к лесу. Нет, ребята, бегать от пули – это умереть уставшим.

На этот раз Лис и Шах не промахнулись.

Стрельба постепенно стихала. На правом фланге щелкнула еще пара выстрелов, и наступила тишина. По перекличке установили, что все целы, кроме казака запасного разряда Петра Гусевского – он не ответил. Позже выяснилось, что Гусевский был тяжело ранен в грудь.

Казаки стали подниматься со своих лежек, казачата же продолжали лежать, ожидая моей команды. Как оказалось, не зря. Раздался выстрел, и отставной казак Василий Ананьев упал с простреленной головой.

Затрещали выстрелы. Вставшие во весь рост казаки стреляли в сторону валуна, за которым спрятался выстреливший хунхуз.

Вдруг раздался выстрел со стороны начала распадка, куда ушли албазинцы, и убитый бандит вывалился из-за валуна.

«Черт, отвлекся!» – подумал я, наблюдая, как в распадок въезжают казаки албазинской полусотни. Впереди был ротмистр Печенкин. Рядом с ним какой-то казак опускал от плеча карабин.