Ермак

 – Это фанзы в кварталах девяносто пять и девяносто семь по Поповской улице за речкой Лесопилкой. К сожалению, информаторов в той среде у нашего управления мало. Можно сказать, что и нет совсем. У господина Савельева не думаю, что дела обстоят лучше. Но вы продолжайте.

– А что здесь продолжать?! Надо искать тройку горе-купцов. После их установления организовать слежку. Этим агенты из моей секретной части займутся. А дальше действовать по мере поступления информации, – я закруглился с ответом.

– Что скажете, Юрий Петрович? – полицмейстер посмотрел на своего подчинённого.

– В принципе, в общих чертах всё верно, – следственный пристав, отвечая начальнику, выпрямил спину, попытавшись изобразить что-то типа стойки смирно сидя. – А в частностях… В первую очередь надо ускорить поиск убийцы Ермиловой. Я подключу к этому всю нашу агентуру. По Беркману также будем собирать информацию. Возможно, какие-то свидетельства и доказательства одной из версий появятся. Тройку горе-купцов сейчас в секретариате проверим. Вставали ли они на учёт.

Если нет, то городовые по кварталам начнут опрос и поиск. Встречусь с парочкой своих знакомых среди китайцев. Может, что по химии узнать получится. Вкратце всё, Александр Михайлович.

– Что же, для первых шагов достаточно. Начинаем работу. Тимофей Васильевич, а где описание этой тройки лжекупцов? – обратился ко мне Чернов.

Я передал полицмейстеру листок бумаги, где Тарала, как смог, представил сведения по возможным террористам.

– Н-да, негусто, – усмехнулся надворный советник, закончив читать.

 – Но один представитель с яркими приметами в виде химических ожогов на лице и руках есть, так что искать эту тройку будет попроще."

"На этом наше мини-совещание закончилось. Чернов направился раздавать команды своему небольшому воинству, а я с Банковым, заехав за его знакомым продавцом химии купцом Савиных Андреем Савичем, направились домой к Беркману. По времени похороны должны были закончиться. А небольшие поминки Вешкова организовала в доме покойного доктора.

Зайдя в дом, мы сняли верхнюю одежду и прошли в переднюю избу, где стояли накрытые столы с поминальными блюдами.

За столами расположилось двенадцать человек. Свободные места были.

– Проходите, Юрий Петрович, Андрей Савич, – обратилась к нам, судя по всему, мадам Вешкова. – И вы, господин хорунжий. Присаживайтесь. Помяните раба Божьего Иосифа Брониславовича. Он хоть и поляк, но православный.

– Здравствуйте, Наталья Дмитриевна, – отозвался Банков, и мы вслед за ним прошли к столу.