Попарившись, охотники отправились в стойбище, а Мишка, прибравшись в бане, расслабленно привалился на лавочке к стене и бездумным взглядом уставился в бескрайнюю синь тайги. День медленно клонился к закату, и парень вдруг осознал, что после окончания авральных работ не знает, куда себя деть.
Из благостной неги его вырвал отчаянный рев ярости и боли. Подскочив так, словно его в пятую точку шилом ткнули, Мишка метнулся в дом и, схватив винтовку и патронташ, выскочил на улицу. Рев повторился, и теперь в нем было еще больше боли.
Сориентировавшись, парень загнал патрон в патронник и, проверив револьвер, тихо проворчал, поглядев в небо:
– Как бы тезка с хозяином не сцепился. Они такой дракой мне тут всю дичь распугают.
Но звучал рев одного зверя, и Мишка растерянно почесал в затылке. Складывалось впечатление, что зверь попал в ловушку или капкан. В любом случае причину этого безобразия нужно было проверить. Перехватив оружие поудобнее, Мишка быстро заскользил в нужную сторону. Спустя час он осторожно выглянул из-за старого кедра и, присмотревшись, вздохнул с некоторым облегчением.
На крошечной поляне ревел и ворочался молодой медведь. Опасение парня, что косолапый сцепился за территорию с тигром, не оправдались. Но от этого легче не стало.
Обойдя поляну по дуге, Мишка вышел на опушку так, чтобы оказаться прямо перед зверем. Увидев человека, топтыгин взревел, оскаливая клыки. Остановившись метрах в пяти от зверя, странно топтавшегося на одном месте, Мишка вытянулся во весь рост, пытаясь рассмотреть причину такого поведения.
Словно сообразив, что его интересует, медведь, утробно урча, приподнял правую лапу и принялся ею трясти.
– Твою ж мать в семь крестов через колоду, – выругался Мишка, сообразив, что именно видит.
Соседушка умудрился влететь в старый волчий капкан. Пружина, не рассчитанная на такую добычу, не переломила кость, но крепко повредила мышцы и шкуру. Похоже, охромел зверь надолго, но лапа рано или поздно заживет. Какая мразь оставила здесь эту железку, разбираться придется отдельно, а сейчас нужно было придумать, как снять ее с лапы озверевшего от боли медведя.
– Не суетись, тезка, – негромко приговаривал Мишка, отставив винтовку к дереву. – Дай я его как следует рассмотрю. Я тебе не враг. Я тоже Мишка. Не шуми, сосед. Разберемся."
"Так, тихо уговаривая зверя, парень медленно подобрался поближе и, плавно отступая из стороны в сторону, принялся разглядывать капкан.
