Добавив ему еще разок для верности, Мишка быстро обыскал оба тела и, содрав с обоих ремни, принялся вязать пленника.
Стянув мужику руки за спиной, он связал ему ноги и, согнув их в коленях, связал межу собой концы ремней так, чтобы руки были постоянно вытянуты. Потом, подумав, он отхватил у мертвеца кусок его куртки и затолкал его в рот пленнику. Оттащив его к дверям сарая, Мишка несколько секунд полюбовался на дело своих рук и, вернувшись к трупу, поволок его к воротам. Потом, собрав все найденное у ночных татей, он направился к дому.
Но едва Мишка ступил на крыльцо, как ночную тишину разорвал выстрел. Вздрогнув от неожиданности, Мишка быстро сориентировался в направлении и, качнув головой, тихо прошипел:
– У станции. Выходит, правду говорили.
Вбежав в дом, он, уже не таясь, первым делом разбудил тетку и, задернув занавески на окнах, разжег лампу. С грохотом свалив все снятое с бандитов на пол, парень подхватил винтовку и, поднеся ее к лампе, начал рассматривать.
– Что там, Мишенька? – кутаясь в платок, испуганно спросила Глафира.
– Бандиты. Одевайся, мама Глаша. Ружье возьми и патроны. Из дома не выходи. У станции только что стреляли. Я туда побегу, а ты тут посматривай.
– Ой, Мишенька, может, не надо? – жалобно застонала женщина.
– Надо, мама Глаша. Если их вовремя не остановить, они всю деревню сожгут. Сама знаешь, что они с людьми делают. Вон, за печку сядь и дверь на прицеле держи. Я, прежде чем войти, тебя окликну. Не бойся. Им не мы, им станция нужна, – добавил он, заметив растерянность у нее на лице.
– Ох, Мишенька… – опять завелась женщина, и Мишка, не удержавшись, рявкнул:
– Делай, что сказано!
Испуганно пискнув, тетка моментально исчезла и спустя короткий промежуток времени вернулась уже одетая и вооруженная.
«Блин, как в армии, пока спичка горит», – усмехнулся про себя Мишка, продолжая рассматривать добытую винтовку.
К его изумлению, это оказалась английская «Ли-эндфилд».
– И тут без них не обошлось, – сплюнул парень, скривившись про себя."
"Быстро передернув затвор, он поймал вылетевший патрон и, присмотревшись, сунул его обратно в магазин.
Потом, подхватив снятые с бандитов сумки, он вывалил их содержимое на пол. Собрав все имевшиеся патроны, он ссыпал их в одну из сумок, после чего снова повернулся к тетке:
– Это пока оставь. Я потом с остальным сам разберусь. За дверью смотри и ничего не бойся. Я скоро вернусь.
– Храни тебя бог, сынок, – вздохнула женщина, сноровисто переламывая ружье и проверяя патроны.
