Еще темнее

Я уже без сил, да и на тебе словно воду возили.

Она вскидывает брови от такого сравнения.

– Вы хотите что-то возразить, мисс Стил?

Она качает головой и встает.

Мы убираем одежду, я нахожу свои запонки. Ана складывает в раковину все мокрые вещи.

– Завтра я с ними разберусь, – говорит она.

– Правильно. – Я закутываю ее в полотенце и обертываю другое вокруг своих бедер. Потом мы чистим зубы над раковиной, Ана дарит мне пенную улыбку, мы изо всех сил сдерживаем смех и давимся зубной пастой, когда я делаю то же самое.

Мне снова четырнадцать лет.

В хорошем смысле."

"Я сушу ее волосы, и Ана ложится в постель. У нее такой же усталый вид, как у меня. Я еще раз бросаю взгляд на брелок и на мое любимое слово, такое короткое и такое важное для меня.

Слово, полное надежд и возможностей.

Она сказала «да».

Я усмехаюсь и ложусь к ней в постель.

– Ты так ловко придумала. Самый лучший подарок ко дню рождения, какой я когда-либо получал. Лучше, чем постер, подписанный Джузеппе Ди Натале.

– Я бы сказала тебе раньше, но поскольку впереди был твой день рождения… – Ана пожимает плечами.

Я кладу брелок на ночной столик и пристраиваюсь возле Аны, обнимаю и прижимаю ее к своей груди.

– Все на высшем уровне. Как ты сама.

– Я далека от совершенства, Кристиан.

– Вы усмехаетесь, мисс Стил?

– Возможно. – Она хихикает.

Я все вижу, Ана. Тебя выдает язык тела.

– Можно задать тебе вопрос? – говорит она.

– Конечно.

– Ты не позвонил, когда возвращался из Портленда. Это было на самом деле из-за Хосе? Ты беспокоился из-за того, что я буду здесь наедине с ним?

Может быть.

Я чувствую себя идиотом. Я думал, что она весело проводит время в баре. Даже понятия не имел…

– Ты хоть понимаешь, что это смешно? – Она поворачивается ко мне, ее глаза полны упрека. – Какой стресс ты устроил своей семье, да и мне тоже? Мы все тебя очень любим.

– Я и не думал, что вы будете так беспокоиться.

– Когда наконец сквозь толстую черепную коробку до тебя дойдет, что тебя все любят?

– Толстая черепная коробка?

– Да.

– Я не думаю, что крепость моего черепа превышает крепость других частей моего тела.

– Я серьезно! Хватит меня смешить. Я все-таки немножко сержусь на тебя, хотя и радуюсь, что ты вернулся целым и невредимым, когда я уже думала… – Она замолкает, всхлипывает и продолжает уже более спокойным тоном: – Ну, ты понимаешь, что я думала.